Книга Я еще скелет? Да сколько можно!, страница 94 – Алексей Сказ, Паркер Прах

— Скелет? — он засмеялся. — Ха-ха-ха! Чёртов скелет? Я искал гения, мастера интриг, демона во плоти, а оказалось… Впрочем, неважно. И ты, и эта эльфийская шлюха… — он кивнул на Лиандри, — … все вы сейчас сдохнете, как и весь этот гнилой город.

Лиандри сделала шаг вперёд, её руки вспыхнули магическим огнём.

— Гольдштейн! — её голос звенел от ярости. — Отойди от вентиля! Сейчас же!

Орк рассмеялся.

— Или что? Убьёшь меня? — он повернулся к огромному вентилю, его рука легла на рукоять. — Делай, что хочешь, сучка. Я уже умер, в тот момент, когда твой костяной дружок разрушил всё, что я построил.

Он начал поворачивать вентиль.

— НЕТ! — Лиандри метнула ледяное копьё.

Гольдштейн даже не попытался уклониться. Копьё пробило ему плечо, и он взревел от боли, но не отпустил рукоять.

Вентиль провернулся с оглушительным скрежетом металла.

Цистерна содрогнулась, из её основания хлынула густая, маслянистая жидкость цвета ночи. Она лилась мощным потоком, падая в реку с глухим плеском.

— Готово, — прохрипел Гольдштейн. — Город обречён.

В руке он уже сжимал изящную золотую зажигалку — последний символ его былой роскоши. На мгновение орк замер, вглядываясь в воду, окрашенную ядом. Затем его губы растянулись в безумной усмешке.

— Прощайте, — прошептал он и швырнул зажигалку вниз.

Искра коснулась воды и мир тут же взорвался.

Чёрная поверхность вспыхнула мгновенно, словно её облили керосином. Пламя взметнулось вверх, жадно пожирая отравленные испарения. Огненный вал, ревущий и живой, устремился по руслу реки с такой скоростью, что казалось — он гнался за кем-то. Стены зала окрасились в багровый, воздух наполнился удушающим жаром. Температура взлетела настолько, что камень начал трескаться.

Лиандри отшатнулась, прикрывая лицо рукой. Клык зарычал, его шерсть буквально задымилась от жара.

Лиандри первой пришла в себя. Она развернулась к Клыку, её глаза пылали не меньше, чем огонь за её спиной.

— Тянем время! — выкрикнула она, перекрывая рёв пламени. — Не дайте ему добраться до второго вентиля!

Гольдштейн услышал её слова. Он рассмеялся и рванул к противоположному краю платформы, где стояла вторая, нетронутая цистерна.

— Попробуйте остановить! — взревел он, выхватывая топор отца.

Клык бросился вперёд, его когти скребли по камню, оставляя глубокие борозды. Лиандри взмахнула рукой, и огненное копьё сорвалось с её ладони, целясь орку в спину.

Гольдштейн развернулся, и топор с грохотом встретил магию. Заклинание взорвалось фонтаном искр, отбросив его на шаг назад, но орк устоял. Его лицо исказилось в звериной ухмылке.

— Слабо! — прорычал он и бросился в атаку.

Начался бой.

Гольдштейн дрался, как загнанный в угол зверь — без техники, без расчёта, только ярость и сила. Топор описывал широкие дуги, рассекая воздух со свистом. Клык метался вокруг него, нанося короткие, точные удары когтями, разрывая кожу, оставляя кровавые борозды на руках и плечах орка, но Гольдштейн словно не чувствовал боли.

Лиандри атаковала издали, метая ледяные осколки и огненные шары, но орк уклонялся с невероятной для его размеров скоростью, а когда не мог — принимал удары на себя, игнорируя ожоги и раны.

Его единственная цель была ясна — вторая цистерна.

Скелет-двойник, которым я управлял, отступил в тень. Его задача была проста — не дать Гольдштейну закончить начатое, но и не рисковать, чтобы я не лишился глаз в этом важном месте.