Книга Я еще скелет? Да сколько можно!, страница 97 – Алексей Сказ, Паркер Прах

— Курака-курака-курака! — визжал Гобби, протискиваясь через узкий поворот. — Не успеть! Гобби станет взорванным гоблином!

Тоннель, казалось, стал ещё длиннее. Или это просто паника растянула секунды в вечность?

Впереди замелькал свет. Выход!

Гобби рванул вперёд с последними силами, его сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот лопнет.

Он вылетел из тоннеля, как пробка из бутылки, с визгом, похожим на крик раненого банши.

— КУРАКААААА!

Гобби врезался во что-то твёрдое, костяное, и мёртвой хваткой вцепился в него.

Это были ноги Вожака.

Гобби зажмурился, дрожа всем телом, продолжая визжать от ужаса и облегчения. Он жив! Он справился! Он не взорвался!

В его голове раздался знакомый голос: «Молодец, Гобби. Ты справился».

Гобби приоткрыл один глаз, глядя снизу вверх на костяной череп Вожака. В пустых глазницах мерцал слабый свет — и, если бы Гобби не знал лучше, он бы поклялся, что Вожак… улыбается?

«Будет два пирога».

Гобби всхлипнул, прижимаясь к костям ещё крепче.

— Два… два пирога… — прошептал он, его голос дрожал. — Гобби… Гобби молодец…

И тут раздался оглушительный взрыв.

Своды над ними содрогнулись, пыль посыпалась с потолка. Затем громкий треск, словно ломалась гигантская кость. Потолок, толщиной в несколько метров, покрылся сетью трещин. Они расползались, ветвились, расширялись. И вдруг с оглушительным грохотом его часть обрушилась.

Через мгновение раздался новый звук — рёв воды.

Сначала тонкие струйки, затем — мощный, неудержимый поток, обрушивающийся в провал, созданный взрывом.

Вода хлынула вниз, словно прорвавшаяся плотина, с грохотом обрушиваясь в древние, заброшенные тоннели под крепостью.

Гобби, всё ещё вцепившийся в ноги Вожака, осторожно выглянул из-за костяной голени.

Перед ними, в нескольких метрах, бушевал настоящий водопад. Вода ревела, пенилась, разбиваясь о камни. Брызги летели во все стороны.

И вместе с водой… огонь.

Чёрное, маслянистое пламя, танцующее на поверхности потока. Оно пожирало яд, который Гольдштейн слил в реку, превращая его в огненную реку, уносящуюся прочь от города, в мёртвые катакомбы.

Гобби завороженно смотрел на это зрелище.

— Красиво, — прошептал он.

* * *

Зал водозаборного узла сотрясался от рёва пламени и лязга стали. Лиандри метала заклинание за заклинанием, её магия вспыхивала яркими всполохами, но Гольдштейн словно не чувствовал боли. Топор его отца свистел в воздухе, заставляя её отступать шаг за шагом.

Клык, раненный и окровавленный, прикрывал её как мог, отбивая удары своим клинком, но его силы были уже на исходе.

— Проклятье! — прорычал волк, откатываясь назад. — Он чертовски силен! Разве он не обычный банковский задрот?

Как вдруг горящий поток, который мгновение назад несся к городским стенам с неудержимой яростью, вдруг словно остановился и спустя секунды раздался оглушительный грохот от взрывов. Земля под ногами тряслась почти как желе.

Клык выругался, глядя в провал, откуда уже доносился грохот падающей воды.

— Река… У них получилось!

— Он сделал это, — прошептала Лиандри, вытирая пот со лба. — Костяша действительно сделал это… безумие, он правда развернул реку…

Как вдруг земля под ногами треснула и из открывшихся щелей хлынул адский жар. Это была цепная реакция, что-то разрушилось в крепости под землёй. Огненный вал в реке, словно живой, стал разворачиваться и с нарастающей скоростью устремился обратно — к своему источнику.