Книга Егерь. Охота, страница 91 – Николай Скиба

— Баланс неидеальный, смещён к острию, но для колющих ударов это даже плюс, — задумчиво протянул он. — А оно не… того? Не сломается?

— Если будешь колоть, а не размахивать как дубиной — не сломается. Это тебе не меч. Бей в точку, отдёргивай.

Он кивнул, сосредоточенно разглядывая оружие.

Лана подошла ближе и осмотрела копьё критическим взглядом.

— Неплохо, — признала она. — Для походной работы очень даже неплохо. Где научился?

— То место давно для меня сгинуло.

Она приподняла бровь, но уточнять не стала.

Стёпка сделал несколько пробных выпадов — с правильной механикой.

— Копьё Паучьего Клыка, — произнёс он негромко, словно пробуя название на вкус. — Звучит?

— Звучит как бред, — отрезал я. — Хоть петрушкой назови, главное запомни, что запасного не будет.

Стёпка искренне улыбнулся — впервые с момента пробуждения.

— Понял, командир. Не подведу.

Я кивнул и убрал нож обратно в ножны. Затем подошёл ближе.

— Ты как себя чувствуешь? Нормально?

— Вполне. Будто ничего и не было, — снова улыбнулся парень. — Лана, спасибо большое.

— Ничего не болит?

— Н-нет, — он нахмурился. — Ты о чём?

Мой взгляд оценил обстановку — вокруг никаких пауков. Тогда я схватил парня и с силой дёрнул к себе.

— Ты идиот! Вместо того, чтобы заниматься тем, зачем я пришёл в зону максимальной опасности, теперь с тобой возиться. Что, не мог пойти обратно в Драконий Камень? Ты даже не представляешь какая опасность впереди, а я ведь даже не могу отправить тебя обратно!

— Эй, — Стёпа с силой вырвался из захвата. — Ты чего?

— Ничего, — буркнул я и развернулся к трупу паука. — Из-за тебя Лана лишилась десяти лет жизни, подумай об этом в следующий раз, когда решишь, что ты самый умный. Мы ещё всерьёз поговорим об этом, и ты расскажешь, какого чёрта оказался в этой зоне. Но не сейчас. А пока что дайте-ка мне пару минут.

— Лана… — выдохнул парень, но девушка вскинула руку.

— Бесполезное «спасибо» говорить не нужно. Максим прав, в следующий раз думай, что ты делаешь.

— Да я…

— Потом, — оборвал я и, прежде чем уходить, снова присел у туши паука.

Тварь мёртвая, но ресурсы в ней ещё могут быть. Было бы глупо оставить добычу, не проверив.

Активировал «Обнаружение».

Мир вокруг потерял цвет, словно кто-то выкрутил насыщенность до нуля. Серые стены, серый мох, серые силуэты спящих пауков. Только туша передо мной полыхнула двумя яркими пятнами — одно зеленоватое, пульсирующее, где-то в районе брюха, второе желтовато-оранжевое, ближе к жвалам.

Я отключил навык, и краски вернулись. Достал нож и аккуратно вскрыл брюхо паука — там, где светилось зелёное пятно.

Внутри оказалось сердце.

Странная штука — размером с два моих кулака, пульсирующее слабым зеленоватым светом даже после смерти твари. Поверхность бугристая, покрытая чем-то вроде прожилок. На ощупь — как плотный желатин, только тёплый.

— Актриса. Ты как?

Мне в голову моментально пришёл образ. Будто рысь ещё слаба, но всё равно сморщилась и брезгливо фыркнула, отворачиваясь.

Режиссёр тут же транслировал мне образ через связь.

Грязь. Чуждое. Несовместимое. Что-то вроде «это не еда, это мусор».

Понятно.

Сердце насекомого не подходит хищнику-зверю. Слишком разная физиология, слишком чуждая энергетика. Актриса не станет жрать всё подряд.

— Ладно. Тогда и брать с собой смысла нет.