Онлайн книга «Егерь. Прилив»
|
Из пальцев выдвинулись длинные загнутые когти, блестя от яда, который сочился из-под ногтей. Знакомая боль прожгла каждый канал потокового ядра. Режиссёр вычистил ядро на островах, и полная форма Зверомора теперь подчинялась мне целиком. Я чувствовал каждый миллиметр трансформации и мог остановить в любой точке. Но останавливать было незачем. Сегодня мне нужно всё. Глаза остались человеческими. Это главное. — Ух какой красавец, — Раннер улыбнулся, повернулся к Инферно и зарылся пальцами в золотую гриву. Выдохнул длинно и глубоко, как перед прыжком в ледяную воду. — Давай, малыш. Надеюсь, всё пройдёт быстро. Не хотелось бы потерять свою улыбку. Золотой огонь вспыхнул, и тело гладиатора шагнуло в льва — одно движение, и два существа стали одним. Огненный титан поднялся на задние лапы и заревел так, что рёв прокатился по мёртвой земле и ушёл к Расколу, отражаясь от камней. Серебристые пряди в гриве мерцали среди золотых. — Пошли, — прорычал я голосом, который скрежетал, как камень по стеклу. Альфа Огня дошёл до Сайрака первым. Нюх маны показал мне — яркая золотая точка сближалась с багровым сгустком, и расстояние между ними таяло с каждой секундой. Сайрак стоял под Расколом — его раздувшееся тело прорывало человеческую кожу Тадиуса. Чешуя лезла по всей спине, трансформация из человека в дракона шла на полной скорости. Он ждал нас. Конечно ждал. На распухших лапах горели семь линий-татуировок — три ярких и четыре тусклые. Тигр вышел на открытое пространство мёртвой зоны и остановился. Белёсый выжженный камень хрустнул под его лапами, и от места, где он стоял, во все стороны побежали тонкие трещины — порода не выдерживала жара, который источала золотая шкура. Сайрак повернул голову. Багровые глаза нашли тигра. Губы дракона раздвинулись в оскале, в котором поместились бы три человека стоя. Альфа Огня ударил. Земля вздрогнула. Кислород в радиусе тридцати метров мгновенно выгорел, и на его месте возникла зона абсолютного жара, в которой реальность корёжилась и плавилась. Камень под ногами Сайрака потёк оранжевыми ручьями лавы, вспучиваясь чёрными пузырями. Скалы на границе мёртвой зоны лопнули от перепада температур и разлетелись раскалёнными осколками. Тигр вложил в удар тысячелетия ненависти — каждого сожранного сородича, каждый год в чужом мире, куда пришлось бежать. Стихийный поток такой мощности на секунду ослепил Нюх маны, захлебнув его перегрузкой. Ч-чёрт… Даже из-за скальной гряды жар опалил мне лицо, и чёрная кожа Зверомора зашипела. Камни между мной и Расколом покрылись сетью трещин, и ржавый мох на границе леса разом вспыхнул — линия огня растянулась на сотню метров. Сайрак принял удар на кровавый барьер. Перед ним вспухла багровая полупрозрачная стена — она задрожала и пошла трещинами от центра к краям. Золотой огонь врезался в неё и растёкся по поверхности, ища щель, любое слабое место. Барьер выдержал, но еле-еле, трещины затянулись медленнее, чем появились. Режиссёр обрушился сверху. Серебряный вихрь спикировал с трёхсот метров и врезался в кровавый барьер с такой силой, что ударная волна расплющила камни на двадцать шагов вокруг. Потоки ветра вгрызались в багровую стену, расщепляя её на волокна, и барьер в месте удара истончился до прозрачности. Ветер резал, рвал и сдирал слой за слоем — Альфа Ветра бил с мощью, от которой мёртвые деревья на границе зоны легли плашмя. |