Книга Сила госпожи Бесовой, страница 156 – Алла Эрра

— Да, Ирина Петровна, — в карете продолжил разговор Саблин. — Ваши выводы очень похожи на правду. Но семьи последних погибших не называли Илью Адольфовича.

— Быть может, — предположила я, — потому что мы спрашивали о недавнем времени?

— Да, это наш просчёт. Но нельзя исключать, что люди забыли о Шмидте не просто так. Что, если он внушил им "забывчивость"? Таланты к этому имел по нашим предположениям.

— Тогда, почему не внушил её про себя? Мол, ни в одном доме сам не был.

— Не знаю, Ирина Петровна, — признался ротмистр. — Допускаю, что есть какие-то ограничения по времени гипнотического воздействия. Надеюсь, что допросив прислугу Ильина, мы сможем увидеть картину более отчётливо.

Вопреки моим ожиданиям “дом колдуна” не выглядел как… дом колдуна. Красивое, солидное здание в несколько этажей производило самое приятное впечатление. Несмотря на его монументальность, огромные витрины аптеки, расположенной на первом этаже, создавали ощущение некой воздушности. К тому же выглянувшее из-за тяжёлых облаков солнышко отражалось в стёклах, придавая дому праздничное настроение.

Попасть внутрь не составило большого труда. Саблин привычно включил сурового жандармского служаку, и у консьержа моментально отпало желание задавать лишние вопросы. Поднявшись по широкой лестнице на последний этаж, мы очутились у нужной двери. Несколько раз провернув дверной звонок, Юрий попросил меня достать тетрадочку и делать вид, что записываю в неё показания прислуги.

Дверь нам открыла немолодая и очень бледная женщина, явно не отягощённая интеллектом.

— А господина Ильина нету, — сразу же заявила она. — Когда вернётся, не знаю.

— Мы в курсе, — важно ответил ротмистр и начал выдавать по дороге заготовленное враньё. — Им, как очень многообещающим доктором, заинтересовались в императорском дворце. Поэтому мне велено собрать по Борису Николаевичу полную информацию. Как живёт, чем занимается в свободное от работы время. Получается, что мы больше к вам, а не господину Ильину явились. Звать как?

— Матрёной… Матрёной Сидоровой, — растерянно произнесла женщина. — Но я тут всего лишь с марту служу, так что про хозяина толком ничего не знаю. Господин приличный, со всякими непристойностями не лезет и ни разу даже голоса не повысил. Придёт домой, поужинает и давай свои умные книжки читать. Прям как его дядюшка.

— Какой дядюшка? — моментально насторожился Саблин. — Шмидт?

— Он самый. До своей смерти Илья Адольфович тоже здесь проживал, а потом его племянник въехал. Вот я в услужение от одного хозяина к другому и перешла. Хорошие люди, ничего не скажешь.

После этой фразы, явно противоречившей той, что Матрёна работает совсем недавно, я посмотрела на Юрия. Но у него талант делать “пуленепробиваемое” лицо, когда в этом есть необходимость.

— Да, — кивнул Саблин. — Наслышаны про них обоих. А как с его моралью дело обстоит? Не картёжник ли? Дам лёгкого поведения не водит?

— Нет, — категорически заявила служанка. — Только люди приличные в дом вхожи. В основном умники всякие. Бывает, спорят допоздна. Но такое редко случается.

— Отрадно слышать. Матрёна, а где доктор свои эксперименты ставит? Всё там же?

— Да. За городом в особняке…

Недоговорив, служанка резко прикусила язык. Потом подумала и добавила: