Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 132 – otium

— Крокер первый, кто привязал чары перевода времени к кристаллической решетке песка и смог их стабилизировать. До того их погрешность измерялась годами, если не десятилетиями — где уж тут исправлять прошлое. Что до предсказания будущего...

На мгновение он прервался — сверкая золотыми огнями, сверху спустилась пустая кабина. Двери-решетки распахнулись, и зеркало на противоположной стене показало странную пару: рыжую девушку с покрасневшим носом и опухшими глазами и ее спутника. Крупного, мощного, с фигурой и лицом как у греческой статуи... Только выражение было другим — застывшим и сосредоточенным, и между сведенными бровями залегла глубокая морщинка.

Лифт заскрипел и заскрежетал, приходя в движение, и Эдди продолжил:

— Что до предсказания будущего, то чем, по-твоему, занимаемся мы с тобой? Майлан обещает вырастить Квинтию к пятнице — когда я замкну на нее Амброзиуса, мы получим первый октет. По-хорошему, нужна запасная квадра, но для пробного пуска хватит и этого, — его глаза блестели, негромкий голос слышался даже сквозь лязг подъемного механизма. — И если Предсказатель заработает... если он заработает — угадай с трех раз, кто будет обращаться к нему за прогнозами?

Кабина остановилась, и металлический голос объявил атриум — но звуки доносились как сквозь вату, и мысли вертелись во всех направлениях сразу и никак не могли сосредоточиться на чем-то одном. Она шагнула на гладкий мраморный пол, впереди сверкнули золотом статуи фонтана — и в голове такой же вспышкой пронеслось озарение. Выходит... выходит, они создают что-то такое, что сможет помочь аврорам? И создавали его все это время?

— Так ты поэтому держишь нашу работу в тайне? — тихо спросила она у своего спутника. — И запрещаешь рассказывать о ней другим? Потому что мы... куем оружие?

Эдди поморщился.

— Я предпочитаю «магический аналог демона Лапласа», — с видимым неудовольствием поправил он, проходя мимо решетчатых ворот, отделяющих лифтовую площадку от остального атриума. — Дар — единственная в мире сила, способная решить проблему квантовой неопределенности, и... о, это презабавнейший анекдот. Чары те же, что и в Хогвартсе, но показывают не сегодняшнюю погоду, а завтрашнюю.

Лили заморгала, не понимая, отчего он сменил тему, огляделась по сторонам — фонтан, табличка, кто-то бросил монетку, блеснувшую в воздухе серебристой чешуйкой... Толпа вокруг, и гудящее зеленое пламя в каминах, и обычная очередь на выход...

И вдруг впереди мелькнуло рябое лицо Руквуда. Он стоял у самой стены, рядом с дремлющим портретом какого-то важного сановника.

— К сожалению, тот колдун говорил на английском и рапа-нуи, а вот писать по-английски его никто не учил. Так что их, — Эдди ткнул пальцем в потолок, и она невольно подняла глаза — на синем фоне мерцали и колыхались золотые символы, медленно перетекая друг в друга, — их не может расшифровать никто, кроме Крауча, который говорит языками человеческими и ангельскими и читает почти на всех языках, на каких говорит. Поэтому он всегда одет по погоде, — и добавил почти без паузы: — Ну что, аппарируем?

Взгляд Руквуда буравчиком сверлил плечо. Толпа вокруг немного поредела — они стояли у самого бортика фонтана. Из палочки волшебницы вытекала струйка воды и хрустальной ниточкой падала в бассейн.