Онлайн книга «"Л" значит Лили. Часть II»
|
Но ее начальница уже успела подняться с кресла. Ни пледа, ни чашки с чаем нигде не было видно, только открытый фолиант так и лежал на соседнем столике. Длинная строчка арабских букв свешивалась со страницы на манер закладки. Послышался шорох — мадам Мелифлуа убрала в карман палочку и подошла к шкафу. Протянула худую, перевитую венами руку, больше похожую на птичью лапу, небрежно провела по разноцветным корешкам... Книги зашелестели; она склонила голову набок и тихо сказала: — Мой сын должен был учить твоего сына. Слепой Мопсус, величайший из провидцев... Но я была молода, а Арман Мелифлуа так красив — словно юный герой из легенд... И я сделала другой выбор. Как и ты, свернула с предначертанной дороги. Теперь у меня уже никогда не будет сына — как, впрочем, и у тебя. Она замолчала. Худые пальцы замерли, легко касаясь переплета. Лили боялась даже дышать — цеплялась за полку, как за спасательный круг, но колени подгибались, и вспотевшая ладонь неумолимо соскальзывала с лакированного дерева. — Я видела три тысячи восемьдесят шесть дорог, и все они вели в одну сторону, — едва слышно добавила мадам Мелифлуа. — Ты проложила три тысячи восемьдесят седьмую, и нам всем остается только надеяться, что твоя дорога не приведет к беде. И, высоко вскинув голову, пошла прочь — легкой и невесомой, абсолютно не старческой походкой; казалось, она плывет над полом, и подошвы черных туфель лишь по привычке касаются каменных плит. Дверь поспешно распахнулась, пропуская ее вперед, затем закрылась, клацнула замком, точно бравый солдат — каблуками... И больше ничего. Тишина. Придерживаясь за полку, Лили спустилась с лестницы. Ноги казались ватными, по спине бежали мурашки, и мысли спугнутыми птицами метались в голове. Невозможно, просто невозможно — какая «твоя дорога»? На что эта ненормальная вообще намекает — на то, что она изменила будущее? Да ну, ерунда какая-то! Оно не может зависеть от одного-единственного человека! Должно быть, это ошибка... три тысячи реальностей — тут и запутаться недолго! А то, что она сказала — ну, насчет сыновей, которые теперь не родятся... Это она к тому, что у них с Севом будут только дочери? Или к тому, что у них вообще не будет детей? От этой мысли под ложечкой засосало, в глазах словно выключили свет — она не сразу осознала, что в библиотеке и в самом деле погасли лампы, и опомнилась только тогда, когда тишину прорезал гудок и звучный, немного металлический голос произнес: — Объявляется общее собрание. Всем сотрудникам Отдела тайн срочно покинуть рабочие места и собраться в главном фойе. Повторяю: всем сотрудникам Отдела тайн... Ничего себе! Неужели что-то случилось? Она заставила себя встряхнуться — хватит ломать голову над всякой ерундой! Лучше думай о более насущных проблемах — например, о том, где находится это пресловутое фойе, в которое надо попасть! Будто в ответ на ее мысли, под ногами зажглись голубоватые огоньки, выстроились в светящуюся дорожку — от стеллажа и дальше по проходу, а потом вбок, до самой стены, в которой ярко вспыхнул прямоугольник двери. — ...и собраться в главном фойе, — закончил металлический голос. — Повторяю... Она последовала за огоньками — только сначала вытащила палочку и наколдовала Люмос, чтобы не налететь на что-нибудь в темноте. Но эта предосторожность оказалась лишней, она без приключений добралась до выхода — и в первую секунду обомлела. |