Книга Сундучок мертвеца, страница 107 – Дарья Гущина

— Хотел сначала проверить догадку на практике. Доказательств же нет — след сбежал за порог, — Бреннар потёр щёку и предложил: — Проверьте меня. Я ни разу не упускал человеческий след. Даже ваш не упущу.

Силд Кремен ничего не сделал и не произнёс ни слова, а сумрак в кабинете вдруг шевельнулся. На мгновение дрогнули огоньки под потолком и светильник на столе — и всё. И Бреннар ничего не делал — просто сидел и наблюдал за бывшим начальством. Но как только огоньки замерли, сосед убрал руку со спинки моего кресла и показал след чудотворчества — нечто, похожее на сломанную ветку.

— Уел, — признал силд Кремен. — Да ещё и крупный порчевый след поймал, молодец... Значит, нечеловеческий...

Я сунула руку в карман плаща. Горюш, а давай поможем с проверкой?

Змей испуганно сжался в комок и задрожал.

— Горюш, выходи, — тихо попросила я. — Никто тебя не заберёт. Мы просто поставим опыт.

Бреннар заинтересованно повернулся ко мне:

— Да, Горюша очень быстрый. Попросите, пусть сотворит что-нибудь мелкое и чисто небытийное, — и, вспомнив о жадной натуре змея, добавил: — Горюш, с меня две монеты из тайника. Четыре. Шесть.

На восьми монетах питомец сдался. Он опасливо высунулся из кармана, испуганно глянул на силда Кремена, сделался прозрачным и моментально скрылся в складках плаща. Но прежде что-то сотворил — сосед даже подскочил с кресла и заозирался. Силд Кремен тоже. Но поймал след Горюшиного чудотворчества силд Шутнар. Он резко выдохнул облачко пара, и то, обернувшись мелким псом, ринулось под моё кресло, выскочило оттуда и приволокло хозяину нечто, похожее на дождевого червя.

— Уел, — повторил силд Кремен. — Похож по скорости?

— Горюшин быстрее, — прикинул Бреннар. — Но между вами и Горюшей я выберу его. Правда, в этом опыте есть скользкий момент — глубоководные морские змеи считаются самыми быстрыми существами и физически, и чудотворчески...

Я снова сунула руку в карман плаща, и змей вцепился хвостом в моё запястье.

— Для глубоководного змея Горюша очень медленный, — я сжала его дрожащее тельце. — На нём больше тридцати сдерживающих форму и силу наговоров. Он вне родной стихии. Он ещё маленький — ему лет пятнадцать-семнадцать. А с чудотворчеством работает всего лет восемь. Когда я его нашла, Горюша себя не помнил и вообще ничего не умел.

— Примерный уровень опытного питомца из обычного зверья, — заметил силд Кремен. — Своего кота я так же не могу поймать, когда он, поганец, пакостит и чудит. Гиблое дело, Шутнар?

Ищеец иронично улыбнулся:

— А ты думал, всё будет просто? Но нет, не гиблое, — его щёки снова задёргались. — Следов много. Следы все в городе. Работаем дальше. Надо всего-то найти заказчика. Чую, в нём дело. Найдём его — найдём и убийцу Долгана. Маля, что с бумагами отца?

— Ничего, — я качнула головой. — Пусто. Идеи, замечания, размышления... Ни в мастерской, ни в архиве отец бумаги никогда не хранил. Он всегда говорил, что самый лучший архив — это голова ремесленника. Он записывал только мелочи. Горюша постоянно находит дома новые тайники с деньгами и отцовскими заметками, но пока письмо для Ветоши — единственная полезная находка.

— С деньгами? — переспросил силд Кремен. — А без денег искать не пробовали?

— А без денег или металлических заготовок Горюша ничего не найдёт. Он змей, он чует только металл, — напомнила я. — И вы не найдёте. И даже вы, силд Шутнар. Отец знал, как защитить свои секреты от кого угодно. Но вы всегда можете попробовать.