Книга Сундучок мертвеца, страница 146 – Дарья Гущина

Специи. В чайной всегда особо пахнет специями. Или силой чудесника? Если много творишь, то пахнешь силой как по том. И помещение тоже ею пропитывается. Значит, специи.

Силда Мирнара никто не ловил на горячем, потому что не хотел поймать. Да и он после угрозы силда Кремена наверняка затаился и стал осторожнее. Но раз чайная «Старый дом» остаётся гнездом сплетников столько лет, значит, силд Мирнар использует свои чудеса. И я их найду.

Устав после бессонной ночи, силд Кремен не сказал главного, но я всё поняла сама. Незаметно исчезающие внутренние ресурсы — внезапное сложное дело — переработка. И смерть. Идеальное убийство (и не одно?..) Но в моём случае силд Мирнар явно не знал, что я не мастер и ничего сложного не делаю. А родовое Небытие ослабит и поглотит любую порчу. Невероятно, но порой нас спасает то, что мы в себе ненавидим и презираем.

Во мне вскипела старая чёрная злость, но я подавила её моментально и без раздумий. Нельзя. Спокойствие и терпение — основа ремесла. У меня много работы. И я сделаю её на совесть.

— Маля! Добрый день, — в кухню заглянула Тайя.

Причёсанная, в тёплом сером платье и слегка растерянная.

— А что не так? — она удивлённо осмотрела учинённые мною разборки с продуктами.

— Я собираюсь поймать убийцу отца, — я захлопнула сундук с травами и крупами. — Поможешь?

— Конечно! — Тайя засеребрилась. — Что делать?

— Наши гости признали твою кашу очень вкусной, — я наговорами подняла все отобранные для работы сундуки — и обычные, и «холодные» с молочкой, и «ледяные» с рыбой и гадами. — А смотрители Небытия довольно быстро перестают ощущать вкус еды, и им кажется, что в лучшем случае они жуют землю. У тебя дар, и я хочу его изучить. Именно с помощью похожего дара — вложив в еду некое чудо, — из отца вытянули сведения о проекте, а потом предали. Сейчас тебе нужно просто приготовить. Много и разного.

Вот как ты восполняешь душевный ресурс, да? Это же так полезно для души — вкусно поесть.

— Вот здесь, — показала я, — предположительно отравленные продукты. А здесь — точно чистые.

— Поняла, — кивнула Тайя. — Отдельно оттуда, отдельно — оттуда, но то, что из первого, мы есть не будем. Ой... — она хлопнула ресницами. — То, что в храме... тоже?..

— А ты как себя чувствуешь? — уточнила я, собирая отложенные салфетки с кашей. — Нет слабости? Сонливости? У меня нашли упадок сил. А у тебя?

Девочка отчего-то покраснела, опустила глаза и покачала головой: нет, мол, ничего. Но рыльце явно в пушку.

— Тогда готовь. И чай заваривай тот, что в шкафчике.

Соседские зелья подействовали безотказно: сила из меня так и пёрла. Я, кажется, излучала её, как Горюша, и светилась. Всех своих восстановленных с запасом душевных сил не пожалею, но поймаю. Если это силд Мирнар — значит, отрава должна быть в продуктах, и я её найду.

Да, считать его, старого друга нашей семьи, предателем и убийцей, неприятно. Очень. Но уж больно подходящая фигура, хотя он сам утверждал обратное — дескать, его считали другом для посиделок. Хорошо, что за годы отсутствия мои чувства к знакомым людям износились. Иначе было бы больно. А неприятное переживу.

Я достала из сундука необходимые заготовки для проверочных амулетов и вдохновенно взялась за дело.

Скажи ремесленнику, что никто до него не мог и он тоже не сможет, — и случится такое чудо...