Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 185 – Анна Лерн

Я на секунду замешкалась, подбирая слова, а потом ответила:

— Это не простой дом… кхм… а дом терпимости.

— Чего?! - изумлённо воскликнул Саблин, возмущённо уставившись на меня.

— Да не переживайте вы так, - я усмехнулась. - Лично я к этому заведению никакого отношения не имею.

— Украсть из борделя диван?! - почти прошипел ротмистр. - И как после такой просьбы, по-вашему, я должен оставаться спокойным? Татьяна Фёдоровна, если вам не хватает средств на обстановку, я могу купить вам новый!

— Извините. Но нужен именно этот, - я умоляюще взглянула на него. - Только можно перед этим нас с госпожой Бесовой ко мне домой отвезти? Появляться в подобном злачном месте благопристойным барышням не стоит. Не хватало ещё, чтобы по Петербургу пошли скверные слухи.

— Ничего не имею против, - тут же поддержала меня Ирина, пряча улыбку.

Саблин тяжело вздохнул, понимая, что проиграл этот спор.

— В первый и в последний раз, - снова предупредил он, помогая нам подняться в карету. - И исключительно из-за того, что вы из нашего ведомства и подруга Ирины Петровны.

Дома я распорядилась принести холодной наливки, и мы с Бесовой долго говорили. Сначала обсуждали Вальмонтов, потом работу в ведомстве, личную жизнь. Ну и, конечно же, я поведала ей историю о том, зачем мне понадобился диван из борделя.

К моменту возвращения ротмистра графин с наливкой был практически пуст.

— О… смотрю, у вас здесь кутёж образовался, - хмыкнул он, снимая фуражку и осматриваясь. - Приобретение мебели празднуете?

— Какой мебели? - я непонимающе нахмурилась.

— Той самой, за которой вы посылали в бордель, - Саблин опустился в кресло и широко, по-мальчишески улыбнулся, глядя на нас.

— Получилось?! - я резко поднялась, не веря в такую удачу. Как же будет рад Адам!

— Да… только не спрашивайте: как… - тяжело вздохнул ротмистр. - Притворяться перед полуодетыми дамами жандармом, ведущим тайное расследование государственной важности, удовольствия мало. А уж споры с хозяйкой заведения, ни за что не хотевшей отдавать диван, выглядели совсем уж некрасиво. Старая куртизанка вцепилась в него, как Кощей в яйцо со своей смертью! Радует только, что в этот час на улицах ни души. А то бы жандармская карета, на крыше которой мы везли это «чудо» из дома терпимости, вызвала бы у патрульных полное недоумение. Если завтра по Петербургу поползут слухи, что жандармерия конфискует из борделей старую мебель, я подам в отставку, клянусь честью! Ну, любоваться на диван будете?

Мы вышли в холл, где двое дюжих жандармов как раз заносили «трофей». Диван был безнадежно продавлен: некогда роскошный красный бархат протёрся до белёсых пятен, лак на резных ножках и закруглённых подлокотниках пошел трещинами, а местами и вовсе облупился.

— Нет, ну вы просто мои герои! - воскликнула я. - Ставьте скорее сюда, в угол!

В ту же секунду потянуло холодом, и прямо у дивана появился поручик.

— У вас получилось! – восхищённо прошептал Адам, склоняясь над сиденьем. - Это он! C'est lui, mon vieux complice!* Всё на месте! Тайник не тронут!

Я повернулась к Саблину и его людям. Вид у мужчин был измотанный, и мне искренне хотелось отблагодарить их за этот безумный ночной вояж.

— Может быть, всё-таки останетесь? Отметим успех?

— Вынужден отказаться, - вежливо произнёс ротмистр. - Мне по состоянию здоровья нельзя. Да и Ирине Петровне отдохнуть не мешало бы. Завтра Победоносцев возвращается. Так что настоятельно рекомендую и вам иметь светлую голову. Разговор с Константином Петровичем будет не из лёгких.