Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 188 – Анна Лерн

Краем взгляда я заметила какое-то движение и медленно повернула голову. Из платяного шкафа тянулась рука, обтянутая серой, почти пергаментной кожей. Следом высунулось лицо, обмотанное грязным чёрным кружевом, сквозь которое проглядывала беззубая оскалившаяся в “улыбке” пасть.

____________

*C'est lui, mon vieux complice! - Это он, мой старый сообщник! (франц.)

Я закрыла глаза, а когда снова их открыла, ужасная гостья исчезла. Но неприятное чувство чужого присутствия всё ещё покалывало затылок.

И что же ты такое? На обычный дух не похоже… Прежде всего, необходимо узнать, откуда этот монстр здесь взялся. Такие не приходят просто так. Их либо призывают, либо пробуждают каким-то страшным поступком.

— Пойдёмте со мной, - улыбнулась я детям, беря младшую девочку за руку. – На улице такая замечательная погода.

Мы вышли в коридор. Няньки стояли недалеко от двери, о чём-то тихо разговаривая.

— Отведите их на свежий воздух, - попросила я. - Пусть немного погуляют во дворе.

Сама же поспешила в кабинет Саввы Артемьевича.

— Ну что? Удалось вам что-нибудь узнать? – в глазах купца читалось нетерпение. – Не томите, Татьяна Фёдоровна!

— Значит так. Я видела существо, которое живёт в вашем доме. И прежде чем изгнать его отсюда, мне нужно понять, откуда оно взялось.

— Матерь Божья… Иисусе Христе, спаси и сохрани… - зашептал Савва Андреевич, осеняя себя крестным знамением. - И когда же мы вздохнём спокойно, а, голубушка? Мочи нет уже и за детей страшно!

— Слушайте меня внимательно, - я понизила голос до шёпота. - Детей можно забрать из дома. Но только в тот час, когда за порогом пропоёт первый петух. В это время между светом и тенью нечисть слабеет. Зло не сможет дотянуться до детей за ограду вашей усадьбы.

Купец жадно ловил каждое моё слово, кивая.

— Сделаю... Всё сделаю, Татьяна Фёдоровна! Ефим!

Как только слуга заглянул в кабинет, Савва Артемьевич рявкнул:

— Иди на рынок и купи петуха! Немедля!

Лицо Ефима вытянулось от изумления:

— Какого петуха, барин? На суп изволите?

— Живого! Голосистого! Чтобы орал на всю округу! Живо!

— Будет исполнено, барин! – слуга исчез за дверью, а я продолжила:

— Завтра на рассвете, с первым криком петуха, увозите детей. И сами уезжайте. Как только они окажутся в безопасности, я попробую изгнать сущность. Но запомните: в доме в это время не должно быть ни одной живой души, кроме меня. Отпустите всех.

— Как же вы одна-то, Татьяна Фёдоровна? Может, мне людей оставить для подмоги с ружьями? – с тревогой поинтересовался Савва Артемьевич.

— Здесь ружья не помогут, - усмехнулась я. - Пришлёте мне ключ от парадной двери с посыльным.

— Хорошо, будь по-вашему, - кивнул купец. – Ежели поможете, отблагодарю со всей душою.

— Вы знаете, кто жил до вас в этом доме?

— Фабрикант один, Илья Несторович Балыкин, - ответил купец, задумчиво потирая лоб. - Но это давно было… Лет пятнадцать назад я хоромы эти выкупил.

— А почему он дом продал? – этот вопрос меня особо заинтересовал.

Савва Артемьевич пожал плечами.

— Не знаю... Делами продажи его поверенный занимался.

— Вы помните фамилию этого поверенного?

— Такая необычная... Южная, что ли... – купец замолчал, постукивая пальцами по столу. - Калиберда! Вот! Точно, Аркадий Петрович Калиберда!

Попрощавшись с Саввой Артемьевичем, я сразу отправилась домой. Мне требовалась помощь полковника Родина, чтобы быстро отыскать след поверенного.