Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 191 – Дарья Гущина

Подруга взмахнула посохом, и зрители сразу замолчали. Я украдкой вернула свой посох на место «занозы» и осталась стоять. И так и простояла – все пять песен. И шестую, что было немыслимым успехом. А Мстишка бы дальше пела, но из-за штор раздалось сердитое шипение – очередь из будущих артистов возмущалась ожиданию. Подруга поклонилась, махнула нам и с достоинством удалилась за вторую тёмную штору.

— Дальше можно не смотреть, – шепнул Черем, тоже простоявший всё выступление. – Мы своё дело сделали.

Мимо нас протиснулся воздыхатель с помятым букетом и помчался к выходу.

Черем проводил его весёлым взглядом и предрёк:

— Сегодня мы сестру не увидим. Она для нас потеряна. Идём, Рдянк? Или останешься?

Остаться хотелось очень. Но ещё же в приют. И противосугробное. Хозяйствование добавило мне уверенности в себе, но не чудотворных сил – работать посохом целый день я по-прежнему не могла. И по-прежнему нам требовались перерывы. Как раз вечером на стену сил хватит. А с утра – в подземелье.

Ладно, я вернусь. Вернусь! И скоро! Попрошу у мамы расписание, и точно приду на первое Мстишкино выступление. Такое пропускать нельзя.

Пока мы с Черемом закутывались в плащи и шарфы, ему прилетело письмо, а мне – замечание от Яря. Между делом он с удовольствием копался в моих воспоминаниях (сам любил Мстишку слушать), и, когда я искала в карманах перчатки, просвистел:

«Рдян, храм Блёднара тут же, неподалёку от театра. Блёд говорит, уже лет двадцать при храме живёт Кот. Сам откуда-то пришёл и остался. В руки не даётся, питомцем даже к местным служителям не идёт. Кот – рыжий-рыжий, почти красный. Наш зверь. Попробуй приманить».

— Попробую, – я натянула на голову капюшон. – Чер, а ты не знаешь, где Блёд служил?

— Пойдём провожу, – и Черем торжествующе взмахнул письмом: – Я же говорил! Мстиша очень благодарна нам за поддержку, но сегодня ей надо, скажем так, остаться в театре.

Я улыбнулась. Кто бы сомневался… К выходу из зала воздыхатель нёсся очень решительно. Ладно, не воздыхатель. Силнар. Будем знакомы. Скоро, думается, на семейном ужине на Чёрном кладбище встретимся и познакомимся уже нормально. По-родственному.

До храма мы дошли минут за десять и сразу же увидели на лавке подле бежевого трёхэтажного здания Кота. Огромный – больше Дарика, – совершенно рыжий и пушистый, он сидел рядом с пустой корзиной. И ждал. А у крыльца, кутаясь в коричневый плащ, прохаживался крупный бородатый смотритель со столь же внушительной корзиной в руках.

— Светлого дня, дети, – пробасил он жизнерадостно. – Вот, принимайте. С утра, почитай, сидит. Не ест, не пьёт – лишь на дорогу глядит да ждёт. Верно, вас.

Я поздоровалась, посмотрела на Кота и встретила умный тёмно-янтарный взгляд. С утра – когда я увидела картину?.. Наши животные поистине полны чудес…

— А ты точно меня ждёшь? – нерешительно спросила я, остановившись у лавки.

Кот кивнул и ткнулся лбом в мой бок таким насквозь моим движением… И недавно ли его Красное своим зовом пометило или я могла ещё двадцать лет назад его забрать… Неважно. Важно, что сейчас мы нашлись. Кот тихо заурчал и залез в корзинку: я, мол, готов. Забирайте.

Ну вот, кот есть. Для начала.

— И гостинцы Блёду, – смотритель протянул свою корзину. – И кое-какие нужные ему вещи. Не откажите передать. Заняты мы, даже не до посылок. Благодарствуем, дети.