Книга Ведьмин дар, страница 141 – Дарья Гущина

Я нашла удобное место, села и взялась за «пейджер». План выстраивался, прочерчивался и моделировался сам собой. Я тебя достану, тварь… На этот раз, клянусь даром, я тебя достану, и никуда ты не сбежишь. Достану, скручу и закрою дело. И покончу с клятвой.

— Зови, – я подняла голову и посмотрела перед собой – туда, где рябил воздух. – Ты же можешь. И «ворон» не только «ящерку» учуял, но и тебя. И решил, что пора – когда ты решила, что пора. Хватит. Затянувшаяся трагедия превращается в дешёвый фарс. А мы слишком многим пожертвовали, чтобы смеяться в конце и позволить посмеяться наблюдателям. Зови.

— Уверена? – прошелестели берёзовые ветви.

— Ты сказала, делай, что должна, – напомнила я, – и я делаю.

— Приют на подходе, – напомнила в ответ Вещая видящая.

— Ясно дело, – я хладнокровно кивнула. – Мы заблаговременно подделали даты в наблюдательских архивах, чтобы свести всех заинтересованных разными целями в одном удобном месте. Собственно, моё дело – запустить «утку» и изолировать некую вредную нечисть, а защищать приют – прерогатива специально обученных боевых.

«Вас же подслушают», – не выдержали «богомолы».

— Не беспокойся, – я улыбнулась, запустив руку под свитер и коснувшись артефакта, – мёртвых слышат лишь те, кому они хотят довериться. Наблюдательская нечисть не узнает ничего лишнего, даже если покинет тело и притворится ближайшим деревом. Даже от нас с тобой. Мы же под куполом Вещей видящей. Поэтому сейчас слушай меня очень внимательно…

Наблюдатели пошли ва-банк. И впервые нам с ними по пути.

Глава 5

Волшебство – это чувства и эмоции, страхи и мечты,

это надежды, ощущения, устремления – всё то,

что заставляет живущих продолжать движение

каждый день и каждый час.

Олег Рой «Заколдованный дуб»

Илья сидел на первой ступеньке приютной лестницы и на подходящую меня глянул быстро, искоса и очень мрачно – к знаменитому Удавкиному взору добавилась жажда крови.

— Ну что, Илюх, – я оперлась о бордюр, – тебя навестили?

— Навестили, – ответил он сквозь зубы.

— И как тебе нечисть в моём обличье?

— Ты, – прозвучало как обвинение в тройном убийстве, причём один из несчастных был лучшим другом, – опять соврала. Когда я нуждался в реальных подсказках и просил тебя быть честной, потому что от этого зависело всё…

— …я сказала правду, – возразила я.

— Да? – Илья сердито фыркнул. – Ты всегда была склонна к обманам, но не к театральным эффектам. Когда «это» сначала завопило, потом сорвалось на хрип, а потом состроило совершенно тупую рожу, я сразу понял, кто припёрся.

— И где сейчас это чудо? – я невольно улыбнулась.

— В некрополе, наверно. Вроде там всех, кто в «царстве», прячут, – неохотно проворчал приятель.

— А ведь я сказала, – я качнула головой, – все сведения – обман. Абсолютно все. Я предупредила – в первой же фразе. И надеялась, что ты понял. Я запустила «утку» для желающих пообщаться с тобой поближе. Этот воздух не слышал моих криков, не знал моих страхов и не видел, как я умею любить. А раз никто не знает, то приходится изобретать. А притворяется нечисть из рук вон плохо. На то и был расчёт. И о том, что подумать придётся, я тоже сказала. Я часто обманываю и замалчиваю важные сведения – да, это факт. Но и о нём я тоже давно предупредила – ещё в приюте, когда объясняла, какими способами добывала информацию о наблюдательских архивах. А ты – восприятие, восприятие…