Книга Фамильные ценности, страница 55 – Бронислава Вонсович

Её замечание волшебным образом успокоило. Врага можно уничтожить не только физически — хорошенько высмеянная Катрин надолго забудет сюда дорогу.

— Этой инорите точно нужен такой, который работает со стукнутыми на голову, — согласилась я не без удовольствия. — У неё явные галлюцинации вкупе с недержанием речи. Очень-очень серьёзное отклонение от нормы. Не вылечится вовремя — останется инвалидом на всю жизнь.

— Вальдемар, неужели вы позволите, чтобы ваша экономка столь отвратительно отзывалась обо мне? — осмелела Катрин, сообразившая, что бить её не будут, во всяком случае сейчас.

— Инора — не моя экономка, а дядюшкина, — невозмутимо ответил майор, — И боюсь, ему сейчас немного не до того, чтобы призывать её к порядку.

— Инорита Линден, мне кажется, вы здесь чрезмерно задержались, — выпалила я. — Не дай Богиня, подумают, что за лордом фон Штернбергом бегаете. Да ещё и без взаимности. Представляете, как расстроится ваша бабушка? Такой урон вашей безупречной репутации.

— Вальдемар, вы это слышали? — Катрин показательно всхлипнула и зашарила в сумочке в поиске носового платка. — Ваша экономка говорит такие гадости вашим гостям, что в любом приличном доме её сразу же уволили бы.

— Инорита Линден, — даже с какой-то ленцой ответил майор, — я вам только что сказал, что инора Альдер — не моя экономка.

— У инориты Линден очень плохая память, — показушно вздохнула я. — Даже если она записывает, это всё равно не помогает, потому что она забывает, куда положила записи.

У Катрин гневно раздувались ноздри. Было видно, что ей очень хочется гордо бросить: «Выбирайте, Вальдемар: либо я, либо эта невоспитанная инора», но поскольку она была не совсем дурой, то прекрасно понимала, что ответит кавалер. И этот ответ ей заранее не нравился. Поэтому инорита выбрала стратегию временного тактического отступления. Она промокнула сухие глаза платком и сказала дрожащим голосом:

— Не могу больше здесь находиться. Из-за этих особ атмосфера дома стала гнетущей. Всего хорошего, Вальдемар. Передайте мои наилучшие пожелания инору Альтхаузу, а то он немного занят, а я не хочу его отвлекать.

Она окатила меня ненавидящим взглядом и выплыла из комнаты, провожаемая одной лишь вездесущей Беатой, которая разрывалась между желанием выслушать прощальный монолог инориты и продолжить наблюдать за развитием ситуации в гостиной. Победило первое, потому что в гостиной оба действующих лица были уже немолоды и как раз взяли паузу как в разговоре, так и в действиях.

Но, как выяснилось, Беата совершила ошибку, ибо стоило ей удалиться, как…

— Негодяй! Подлец! — выпалила трагически ломающимся голосов бабушка.

— Луиза, душа моя, успокойся.

— Как я могу успокоиться, когда вы, инор Альтхауз, собираетесь испортить жизнь бедной девочке, как испортили её мне?

— Я? Тебе? Мне кажется, дорогая, ты что-то путаешь.

— Вы ещё скажите, инор Альтхауз, что я неправильно поняла ваше желание жениться на экономке.

На этих словах у бабушки случился прилив энергии, и она таки дотянулась до инора метёлочкой, стукнув его прямо по лбу.

— Что поделаешь, дорогая, если другой возможности заполучить тебя в гости не нашлось, — ответил инор, потирая пострадавшую часть тела. — Но знаешь, мне начинает казаться, что идея была не столь хороша.