Книга Завещание инора Бринкерхофа, страница 103 – Бронислава Вонсович

Мы остановили проезжавшую мимо карету, куда с трудом поместились вместе с охраной. Папа усиленно делал вид, что лишний не он, а мой муж.

— Ивонна, что ты в нем нашла? – шепотом спросил родитель. – Такого, чего нет бы у Клауса?

— Папа, не начинай опять, – поморщилась я только при одном воспоминании о Хайнрихе-младшем. – А то дальше пойдешь пешком.

— В самом деле, инор Бринкерхоф, если хотите прогуляться, только скажите, мы сразу остановим карету, – заметил Рихард. – Совершенно не обязательно задавать моей жене провокационные вопросы.

— Да, нет нынче в детях почтительного отношения к родителям, – с тяжелым вздохом сказал папа. – Разве бы я мог подумать, что моя родная дочь предложит такое? А зять ее поддержит?

Возможно, он собирался и дальше разливаться в надежде найти понимание у нашей охраны, но встретился с тяжелым взглядом Рихарда и умолк. А я подумала, насколько легче проходит общение с отцом при муже. Правда, получается, что все время нашего брака Рик только то и делает, что решает мои проблемы. Я виновато на него посмотрела, он ободряюще мне подмигнул и улыбнулся. Да уж, моему папе не удастся нас рассорить!

Богиня, как я давно не была на нашем предприятии! Я только сейчас поняла, сколько времени там провела. При жизни бабушки я часто сидела в лаборатории и с замиранием сердца наблюдала за тем, что казалось настоящим волшебством. А когда она разрешала сделать что-нибудь самой, я так радовалась! Бабушка всегда была очень точна и аккуратна и требовала того же от меня. Даже странно, что погибла из-за своей ошибки.

Замок давно никто не открывал, и ключ ни в какую не хотел проворачиваться. Подошедший инор Тидеман предложил не ломать и отправил служащего за смазкой. Пока мы ждали, я расспрашивала про успехи Юргена, которые, по словам нашего управляющего, были весьма значительными. Это не помешало ему опять сказать, что предпочел бы видеть во главе производства меня. Но, хотя посещение этого места оказалось столь волнительным, становиться здесь полноправной хозяйкой не хотелось.

Наконец, после долгих плясок вокруг замка и ключа, дверь открылась, и мы зашли в бабушкину лабораторию. Как и говорил папа ранее, внутри все оказалось присыпано толстым слоем пыли, но не это поразило меня. На полках шкафов не стояло ни единого томика. Но ни в кабинете дедушки, ни в нашей библиотеке бабушкиных книг не было. Я вообще не помню, чтобы дедушка их отсюда забирал. Конечно, он мог все сжечь с теми тетрадками, но зачем? Запрещенной литературы там не было. Я подошла к бабушкиному письменному столу, стараясь ничего не задеть, и выдвинула верхний ящик. Пуст, как и все остальные.

— Убедились, что ничего нет? – раздался бодрый голос отца. Как мне показалось, говорил он с заметным облегчением в голосе. – Только пыль да оборудование. Вот с ним ничего не случилось. Иви, если хочешь, забирай.

Но меня не так-то просто отвлечь столь щедрым предложением.

— Где бабушкины книги?

— Мне-то откуда знать? – удивился папа. – Здесь распоряжался твой дед. Может, отдал кому, может, продал.

— Инор Тидеман, вы не знаете, что с ними сталось?

— К сожалению, нет, – покачал головой управляющий. – При мне лаборатория покойной иноры ни разу не открывалась.

Папа брезгливо прошелся и сожалеюще поцокал языком: