Книга Нечаянное турне, страница 115 – Бронислава Вонсович

— Сейчас поедем, попрошу стаканчик чаю, – мечтательно протянул Песцов, глядя в окно на переминающегося с ноги на ногу проводника. – Хоть газеты спокойно почитаю, а то со всей этой беготней минуты свободной не было. Очень уж долго Волков уговаривался.

— Главное, что уговорился и отправился за деньгами, а нам удалось уйти незамеченными с торжественного вечера до того, как он вернулся.

— Вот-вот, Елизавета Дмитриевна, – поцокал языком Песцов, но благодушно так: похоже, уверился, что мы выберемся из города без проблем, – люди ради вас готовились, специально английское меню приготовили для вечера, а вы их так обидели. И мне подзакусить не дали.

Я вспомнила блюда английской кухни, поданные на этом вечере, и пожалела, что мы не ушли до того, как я сняла пробу. Оказалось, я не любитель английской кухни. Впрочем, настоящей мисс Мэннинг, той, которая была некрэгом, тоже наверняка не понравилось бы это издевательство над любимыми блюдами.

— Ничего, Дмитрий Валерьевич, в следующий приезд поедите за меня и за себя, – предложила я. – Специально пудинг закажете.

— Я поклонник национальной кухни, – гордо сказал Песцов, который успел приложиться к поданным на вечере закускам, но вдруг спал с лица, пригнулся и прошипел: – Ох ты ж сволочь, нашел-таки.

Даже не потребовалось уточнения, о ком это он: к нашему вагону целеустремленно двигался Волков. Наверное, снятые в банке деньги жгли ему карман и вынуждали расстаться с ними как можно скорее.

— Он нас не видит, – уверенно сказала я. – И вообще, Дмитрий Валерьевич, неприлично выражаться при дамах.

— Извините, Елизавета Дмитриевна, не сдержался, – без тени раскаяния ответил Песцов, чуть приподнимаясь на цыпочках, чтобы лучше видеть противника.

Как мне кажется, он привлекал бы больше внимания в такой странной позе, если бы кто-нибудь мог нас видеть. Но, к счастью, нас пока не видел никто, и даже Волков все свое внимание уделял проводнику, к которому как раз подошел с купюрой и вопросом, не садился ли кто в этот вагон.

— Никак нет, ваше благородие, – хрипло ответил проводник. – Никто пока не садился. В вагон второго класса семейная пара проходила, видел. Может, как раз те, кто вам нужен?

Лицо Волкова задумчиво вытянулось, а нос дернулся, словно пытаясь унюхать нужные запахи. Проводник вздрогнул и чуть отступил, явно напуганный преображением собеседника. Но тот уже внимания на столь мелкую сошку не обращал: развернулся к вагону второго класса и целенаправленно прошел внутрь, невзирая на попытку его остановить другим проводником. Впрочем, вышел штабс-капитан довольно скоро, весьма разочарованный, а вслед ему еще долго летели визгливые женские вопли. С угроз, наверное, начал, а не с предложения денег. Но ничего, на ошибках учатся.

Простоял Волков рядом с нашим вагоном до отправки поезда. Но совершенно напрасно простоял: так и не удалось ему нас ни увидеть, ни унюхать.

Сказать, что проводник поразился нашему появлению, – это ничего не сказать. Он хлопал себя руками по бокам, как растревоженная курица, и раз за разом повторял: «Но как же? Я же никуда не отходил. Не отвлекался ни на что. Но как же?» Он не замолкал и не успокаивался, пришлось Песцову перестать утверждать, что проводник отвлекся, и с неохотой пояснить: