Книга Право на эшафот, страница 142 – Бронислава Вонсович

— Вы же не через дверь проходили? – спросил он, не отрывая взгляда от своей мечты и не отрывая пальцев от моей руки.

Только я подумала, что стоит освободиться от столь невоспитанного принца, а он уже прямиком волок меня к Сиятельному корпусу. Затормозил только в кустах, да и то ненадолго – одного его кусты не пропускали, а со мной запросто. Но он-то затормозил, а я по инерции пролетела и сквозь кусты, и сквозь стену, да еще и его за собой втащила.

— Решили воспользоваться нашей спальней? – услужливо проскрежетала встретившая нас горгулья. – Рекомендую оранжевую, она самая уютная, и ванна при ней самая большая.

Если Рауль и был удивлен столь быстрым исполнением клятвы с моей стороны, то он это успешно сдержал внутри, наружу вырвалось лишь:

— Нам не нужна спальня, нам нужна библиотека.

Но оглядывался он вокруг с живым интересом. Наверняка не прочь был бы пройтись и по остальным помещениям.

— Донья, не слишком ли большую волю вы дали своей игрушке? Использование библиотеки в таких целях запрещено, – возмущенно проскрежетала горгулья. – Библиотека не место для развлечений. Вы можете использовать свою игрушку только в спальне. Ее запрещено проводить куда-то еще, в любое помещение общего пользования. Она туда просто не пройдет. Это общее правило, касающееся всех Сиятельных. Кстати, у меня вопрос насчет недавно рвавшегося сюда еще одного Сиятельного. Давать ли ему доступ?

— Не давать. Перетопчется, – решила я радостно.

Радость была вызвана тем, что Раулю в библиотеку попасть не удастся, а значит, совесть моя перед Сиятельным сообществом чиста. Хотя и создавать проблему Диего тоже оказалось приятно: как-никак он мне еще за жемчуг задолжал.

— То есть дать, когда он достаточно потопчется на пороге? – педантично уточнила горгулья. – Достаточно – это сколько?

— То есть вообще не давать, он скоро уедет, – пояснила. – А игрушки он планирует таскать часто и разных. Это я – сеньорита скромная, взяла одну и скоро уберу, а у него тормозов нет. Он игрушки сюда коробками таскать будет.

— Тогда вы правы, этот дон не должен сюда попасть. Провести вас в оранжевую спальню?

— Спасибо, но нет. Мы планировали провести время в библиотеке. Придется искать другую.

— О времена, о нравы, – неодобрительно процедила горгулья. – Сколько лет прошло, а у Сиятельных так и не изменились развлечения. Вы уже уходите, донья?

— Да, – сказала я и сделала шаг назад.

— Нет, – заартачился Рауль и шагнул вперед. – В спальню так в спальню. Вернемся к традициям.

Наверное, это оказалось последней каплей, потому что от предложения Рауля я настолько разозлилась, что засияла даже через зелье. Более того, я напрочь выжгла его – зелья, скрывающего Сиятельность, во мне не осталось ни капли.

— Как вы смеете? – процедила со всем высокомерием, доставшимся мне от тетушки. – Что вы о себе возомнили? Да ваша страна во мне нуждается больше, чем я – в вашем университете!

Помимо сияния из меня пробивались заклятия явно наступательного толка, я их не знала, но мое тело позаботилось само, и атакующее заклинание жгло кончики моих пальцев.

— Донья, только не здесь! – заверещала горгулья неожиданно тонким, но все равно скрипучим голосом. – Мы не сможем скрыть мощный выплеск силы! И труп не сможем утилизировать!