Книга Чтоб ты подавился!, страница 12 – Виктория Браунли

— Ты же не из Парижа? – спросил он. Странный вопрос, учитывая, что мы встречались не впервые.

— Я из Австралии, – покраснев, напомнила я, пристыженная тем, что он меня не узнал. – Мы уже встречались… Во время ланча в баре «Бизу». Нас представил мой друг Дрю.

На секунду в его лице промелькнуло узнавание, отчего мне стало чуть легче, но все же чувство, что меня напрочь забыли, было довольно унизительным.

В отличие от Генри я прекрасно запомнила тот вечер. Мне было здорово, я купалась в бесплатных коктейлях и в гордости, что меня пригласили. До тех пор, пока Дрю нас не представил.

— Хлои – автор блога «Париж, съешь меня», – с гордостью заявил он.

— А! – кивнув, откликнулся Генри.

— Слышал о нем? – восторженно спросила я, радуясь, что кто-то с его положением слышал о моем блоге.

Но в этот миг в кармане Генри зазвонил телефон, и, вместо того чтобы мне ответить, он махнул рукой. «Attends»^[12], – одними губами произнес он и ушел.

Я ждала его, как дура, но он так и не вернулся.

Когда я позже сказала об этом Дрю, он заверил меня, что Генри не стоит моих переживаний. Видимо, беседы с блогерами стояли последними в списке его приоритетов.

— Прости, я посещаю так много мероприятий, что они сливаются в одно бесконечное действо. Издержки профессии, – произнес он.

Я медленно кивнула. Неужели он ждет, что я его пожалею?

— Напомни мне, пожалуйста, для какого издания ты пишешь? – спросил он.

А вот и вишенка на торте. Забыть, как я выгляжу, – это еще ладно, но запамятовать про мой блог – это меня задело.

— Я пишу для себя, – произнесла я.

— Прости? – то ли констатировал, то ли спросил он.

— Я веду блог «Париж, съешь меня», – напомнила я, надеясь, что он вспомнит.

— Ах да, припоминаю, – выдохнул он с очаровательным акцентом, в котором слышалась смесь французского, американского и почему-то австралийского.

— Правда? – снова спросила я в надежде, что теперь беседа пойдет как нельзя лучше.

— Да, ты блогер.

Это что, превосходство в его голосе? «Ну вот, началось», – подумала я. Джульетта и так пошатнула мою уверенность, а теперь этим занялся Генри. Словно мне нужно объясняться за свое присутствие.

Сдуру я заглотила наживку. Я работала как вол, чтобы сделать себе имя в мире ресторанной критики в Париже. А Генри родился с серебряной ложкой во рту. Мне была противна одна мысль о том, что я должна оправдывать свои статьи.

— Я блогер, – с нажимом повторила я.

— C’est bien^[13], – ободряюще откликнулся он.

— Даже очень! – ощетинившись, заявила я, заподозрив сарказм в его словах. – Я знаю своих читателей, мы доверяем друг другу. Они даже в какой-то степени меня направляют. Наверное, ты думаешь, что блогерство куда мельче, чем работа традиционных журналистов…

— И ты имеешь нужный тебе доступ? – спросил он.

— Доступ к чему? – переспросила я.

— К PR за комментариями к твоим постам, к шеф-поварам.

— Конечно, – солгала я. Обычно, когда я говорила рестораторам, что я фуд-блогер, они теряли ко мне интерес, как будто хотели работать исключительно с официальными СМИ. Генри наступил на мою больную мозоль.

— Наверняка в блогерстве есть свои преимущества, – добавил он. – Ты можешь сохранить анонимность. Ни один шеф Парижа не повесит твое фото с собой у себя на кухне.

— Мне от этого должно стать легче? – фыркнула я.