Книга Чтоб ты подавился!, страница 90 – Виктория Браунли

Карла неторопливо отпила из бокала и посмотрела на воду.

Я пытался расслабиться.

— Итак, вы здесь… двое финалистов, – начала она.

Мы с Хлои ждали продолжения. Я уже начинал терять терпение.

— Вы зашли так далеко. Поздравляю, – продолжила она. – Знаете, я долго ждала случая написать мемуары, но никак не могла найти человека, который смог бы мне помочь. Подобная работа требует креативности и изящества. Она требует от писателя преданности. Это должен быть человек, который понимает суть моей жизни и моих принципов.

Одна и та же шарманка. Мы уже знали, как Карла обращается с персоналом, и понимали, каких примерно людей она нанимает на работу. Так к чему это все?

Я мечтал, наконец, произнести речь и узнать, кто из нас получит работу.

«Прекрати ломать комедию!» – чуть не заорал я.

Я чувствовала себя легкой добычей, которую загнали в Средиземное море и которая боится за свое будущее. Я представила, как будет разочарован папа, если мы умрем сегодня вечером. «Я учил ее выживать в бушующих водах открытого океана, а она взяла да и потонула на задах французской яхты, – удрученно посетует он. – Я же говорил ей не доверять лягушатникам…»

Карла вперилась в меня взглядом.

Может быть, я была на пределе или просто раньше этого не замечала, но ее взгляд – не сглаженный певучей речью – выглядел устрашающе.

Она продолжила:

— Наконец настал решающий этап собеседования; вы должны доказать мне, насколько вы преданы, насколько бесстрашны.

В ее голосе звучало нечто, что заставило меня занервничать еще больше. Кровь стучала в висках. Бесстрашной я не была точно. Что насчет Генри – я не знала.

Вдруг на платформу спустился Макс и прошептал что-то Карле на ухо.

— Простите, я отлучусь ненадолго, – сказала она. – Технические неполадки с фейерверками.

Они с Максом удалились, оставив нас одних на платформе.

Вокруг нас сгущалась тьма, и вода, еще час назад казавшаяся такой приветливой, начала пугать до одури.

— Какого черта здесь происходит? – шепотом спросила я Генри.

— Понятия не имею, – ответил он. Его голос звучал спокойно, почти безмятежно. – Думаешь, нам скоро придется произносить речь?

— Думаю, нам вообще не дадут с ней выступить, – произнесла я.

— Ты о чем? – спросил он.

— Мне кажется, это была хитрость, чтобы создать в нас ложное чувство безопасности и заманить на яхту.

— Что?

Я выудила судовой журнал.

— Я стянула его с капитанского мостика. Думаю, он ответит на многие наши вопросы.

— Ты серьезно? – спросил Генри, глядя на меня так, словно у меня отросла вторая голова.

— Генри, по дороге в рубку я видела маркерную доску, на которой был заявлен «конкурс пловцов» в 21:40.

— Погоди, – попросил он. – Что ты имеешь в виду?

— Я не уверена, что здесь безопасно. Если бы мы могли вернуться на вечеринку, окружить себя людьми, тогда… – Я замолчала, пытаясь продумать план.

Генри явно озадачился. «И все равно он так прекрасен», – подумала я не к месту.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что нам здесь небезопасно? Думаешь, Карла оставит нас на платформе? – спросил он.

— Все возможно. Я не уверена, что этим людям можно доверять.

Он сжал пальцы у меня на бедре. В других обстоятельствах я сочла бы этот жест очень сексуальным. Но в тот момент я лишь боялась того, что могло с нами произойти.