Книга Вкус Парижа, страница 115 – Виктория Браунли

— Не сейчас, Жан-Пьер. Дай мне пройти. – Я протиснулась мимо него и бросилась домой. Что же мир хочет мне сказать?

— Я говорила с Гастоном, – сообщила Клотильда, кивая на телефон, как только я вошла в дверь. – Ему правда жаль.

Она схватила два бокала и забрала у меня из руки початую бутылку шампанского. Мы сели на диван.

— Что он сказал тебе? – спросила я. Интересно, сообщил он правду или нет?

— Что ты вошла к нему, когда они занимались любовью втроем. Сказал, что ты была в бешенстве. Он ждал от меня сочувствия, но вместо этого я наорала на него. Я никогда прежде не орала на Гастона. Думаю, он был в шоке.

— Он сказал тебе, с кем спал?

— Нет, да я и не спрашивала. А что, кто это был?

— Камилла… и ее бойфренд Антуан.

— Что? Та костлявая официантка-модель-девочка из общего трастового фонда? И ее пустоголовый бойфренд-модель? Я встречала их обоих несколько раз на тусовках, она воображает себя королевой, – фыркнула Клотильда. – Просто жесть!

— Это точно, – согласилась я, чувствуя, как по щекам текут слезы. – Но что хуже – я увидела ее на билборде сразу после того, как застала ее с Гастоном.

— Что за реклама?

— «Баленсиага». И Камилла выглядела, конечно, роскошно.

— Не беспокойся, Элла. Я уверена, что Гастон еще пожалеет об этом. Камилла, вероятно, тоже.

* * *

В тот вечер я под бдительным оком Клотильды топила свои горести в вине. Когда я наконец была готова уволочь себя в постель, Клотильда забрала мой телефон, выключила его и положила на кухонный стол.

— Пусть сегодня он полежит здесь. Просто на всякий случай, чтобы ты не вздумала звонить кому-нибудь ночью, – осмотрительно заметила она.

— Может, я выпила чуть больше обычного, но не утратила здравый смысл, – заверила я ее и, обняв на прощанье, потащилась к себе.

Где-то через полчаса я все еще не могла заснуть, потому что над головой кружился потолок. Тогда я проскользнула в кухню и схватила телефон. Включила его и накрылась с головой одеялом.

Набрала номер.

— Алло, – произнес голос в трубке.

— Билли, это ты? – прошептала я в микрофон.

— Элла? Что происходит? Почему ты говоришь шепотом?

— Все нормально. Просто мне захотелось поговорить с тобой.

— Ты выпила? – спросила она.

— Нет. То есть да. Возможно. Но я звоню не из-за этого.

— Все в порядке? – забеспокоилась она.

— Не очень, – призналась я и зарыдала. – Похоже, все французы – сумасшедшие козлы.

— Что ты имеешь в виду?

— Все они спят друг с другом! Включая Гастона. Я уверена, что между нами все кончено.

— О господи! – воскликнула она со вздохом.

— Да, я уверена. Оказалось, что он не такой хороший. Оказалось, что на самом деле он мудак. Я застала его, когда он участвовал в ménage à trois.

— Как я понимаю, ты не была одной из тройки? – осведомилась она.

— Увы, нет, – шмыгнула носом я. – Они пригласили меня присоединиться, но ясно, что из вежливости.

— Элла, я так сочувствую. Ты дома? Налей себе чашку чая и расскажи, что случилось.

— Я не могу выйти из комнаты. Я украла свой телефон у Клотильды.

— Ладно… – Она помолчала. – Тогда медленно расскажи все детали.

Следующие полчаса я рассказывала Билли обо всем, что случилось днем. В каком восторге я ушла раньше с работы, чтобы пробраться в квартиру Гастона и заняться сексом. Потом вспомнила, как удивилась, когда из кухни вышел бойфренд Камиллы – и мою немедленную радость, что Гастон не изменял мне с Камиллой, как я ожидала. Наконец, рассказала про мой ужас, когда и сама Камилла величественно появилась из спальни, полуголая, и приняла меня за уборщицу из клининга.