Книга Глаша 2, страница 157 – Лана Ланитова

* * *

Дни спешили своей чередой. За холодной зимой и ветреной весной вновь пришло долгожданное лето. После трагедии, разыгравшейся накануне Рождества, Глаша стала намного осторожнее. Она реже разговаривала с остальными пансионерками дома мадам Бонне. Теперь, после смерти Софии, у нее не было явных врагов, однако многие заметили, как Глафира разительно переменилась. Она стала замкнутой и молчаливой, и на ее красивом лице появилось иное выражение. Будто невидимая тень легла на фиалковые глаза, чуть потушив их яркий свет.

Она стала чаще торговаться с Мари, требуя высокие гонорары. Стала избирательна в клиентах, отказывая порой тем, кто казался ей неприятным или грубым. В «пыточных» комнатах старалась бывать меньше, соглашаясь лишь на сессии с теми, кого хорошо знала. Мари часто ссорилась с Глафирой, призывая ее к порядку и шантажируя тем, что лишит высоких доходов. Но Глаша, будто почувствовав свою истинную цену, вела теперь себя намного решительней, чем прежде. И Мари, как ни странно, уступала ей. Что поделать? Глафира Сергеевна Рылова так и оставалась самой востребованной и высокооплачиваемой проституткой в фешенебельном салоне мадам Бонне.

Только теперь вместо потока состоятельных клиентов, она работала с десятью, самыми богатыми господами столицы. Мари пошла на это, ибо доход от этих десяти толстосумов превышал доходы от всех остальных клиентов.

Глафира и жила в доме Мари несколько отстраненно от всех. Все реже она появлялась обнаженной в зале бордо, уступив эту роль другим, новеньким девушкам. Салон Мари все также бесперебойно пополнялся новыми, молодыми и красивыми женщинами. Их приводили к Мари менее удачливые сводни, и за хорошие барыши продавали их в бордель Бонне. Появилось и несколько хорошеньких крестьянок, девушек совсем юных, часто целомудренных, которые до поры жили отдельно и обучались хорошим манерам и любовному ремеслу. Иногда сама Мари уезжала по городам и весям, в поиске новых жертв.

За это время две девушки были изгнаны в виду заражения сифилисом. Доктор, который перестал с особым тщанием и пристрастием исполнять свои обязанности, проглядел начало их болезни. И потому Мари была вынуждена отправить несчастных девиц с небольшой суммой наличных на все четыре стороны. Девицы не вернулись к себе домой. Обе они пошли работать в самый дешевый бордель, где заражали пришлых солдат и матросов пачками. А после и вовсе сгинули от побоев зараженных клиентов. Одну из них мужики забили камнями, а потом полумертвую стащили в Неву и утопили.

Две новенькие девицы навсегда покинули салон из-за внезапной беременности. И срок этих беременностей был так велик, что ни один доктор за огромные деньги не согласился им делать аборт. Сама Мари узнала об их беременности лишь тогда, когда у обеих стали заметны округлившиеся животы.

— Николя, ты стал плохо рассказывать им о своем чудо лекарстве! – пеняла доктору Мари. – И снова от тебя запах? Неужели с утра успел набраться?

— Нет, не с утра, – хмуро возражал доктор. – Это вчерашнее.

— Если ты не прекратишь пить, нам придется расстаться, – стращала Мари.

— Я могу уйти прямо сейчас, – парировал доктор.

— Николя, ну опомнись, ну что с тобой сталось? Ты думаешь, что мне легче? После той ночи, когда мы сбросили Софию в Обводной, я не сплю ночами, – доверительно поведала Мари, присев на колени возле доктора. – Мне часто приходится курить опий, чтобы уснуть.