Онлайн книга «Михайловская дева»
|
— С чего это? — А с того, что многие вещи от нее так и остались навсегда закрыты. — Что, например? — А то, что Машенькина тетушка была отравлена Анной, с молчаливого согласия твоего незабвенного барина. Таким образом, он расчистил к тебе дорогу. Следующим его гадким поступком было то, что по его приказу была украдена и сожжена Машенькина вольная. А после он наплел Андрею, что давно спит с Машенькой. И парень, кстати, неплохой, вынужден был отступиться. Тебе мало всего этого? Где же были твои глаза и интуиция? Я скажу больше: Михайлов жестоко высек и изнасиловал твоих подруг: Алену и Иринку. Снова мало? — Я не верю вам, – у Владимира затряслись губы, он побледнел еще сильнее. – Не верю ни единому слову! Оставьте меня… — Ну, конечно, что еще можно от тебя ждать? Своему патрону ты не веришь, а Михайлову поверил. Или любовь и страсть оправдывают любые злодеяния? Ты мне задал новый парадокс, мой le favori. Об этом надо бы поразмыслить много глубже на досуге. Хоть диссертацию на твою тему пиши. Назовем ее так: «Любовь Машки к Михайлову, и любовь Глашки к Махневу, несмотря на всю гадость натуры объектов их пылкой любви». А? Каково название? И смысл как высок! – демон расхохотался от души. – Как ловко ты угодил в тот же замес, что и твоя нежная кузина! Брависсимо! — Михайлов любит Машу. И только в этом правда. Любовь выше всякой иной правды. — Глубоко! Очень глубоко… Ты скоро доучишься у меня до того, что раньше срока полетишь в райские кущи. Но прежде у тебя над головой засияет нежным светом золотой нимб. Я всегда говорил, что ты очень способный ученик… Владимир молчал, не желая продолжать разговор. — Ну что, как бы там ни было, этот урок я объявляю законченным. В целом я удовлетворен проделанной работой. Сейчас мне нужно лететь к остальным моим ученикам. Там господина Булкина придется скоро утешать. Но этот малый у нас без особых сантиментов, и с ним всегда меньше возни, чем с тобой, избалованный дворянчик. Травина надо проведать. Худову. В общем – дел по горло мне с вами. И, кстати, приведи себя в порядок. Прими ванну, поешь. Я закажу тебе отличное меню. Ты нынче его заслужил. Можешь потом погулять. Сядь, наконец, за письменный стол. Для чего я тебе столько бумаги и перьев приготовил? Займись прозой. Она должна у тебя получаться много лучше, чем поэзия. — Сыт я по горло вашим творчеством. И объемы его меня тогда прилично удивили. — Тебе понравилось? Я же просто тебя развлекал. — У вас получилось. Но писать я больше не стану. — Это отчего? — Я бездарен. — Вот уж не замечал я за тобой ранее подобной меланхолии. Да, налицо влияние женского организма. Истеричность, опять же, женская. Надо запомнить для себя этот технический момент и записать о нем в отчете: при быстром переходе из одного тела в другое еще долго сохраняются признаки прежней натуры. А равно с ними и особенности последнего организма. — Магистр, я ваш ученик, но можно меня хоть на сегодня избавить от потока ваших блистательных речей? У меня болят зубы. — Серьезно? – нахмурился демон. – Может, послать за дантистом? Владимир не отвечал. — Чтобы через час был одет, обут и причесан. Поесть не забудь. * * * Виктор слетал по делам, проведал остальных учеников. О них, дорогие читатели, мы поведаем вам чуть позже. А ныне Виктор снова сидел в своем огромном кабинете, на самой высокой башне. Он листал личные дела своих подопечных и что-то записывал в них изящным убористым почерком, на арамейском языке. Когда часть работы была сделана, он снова вспомнил о Владимире и пригласил к себе верного слугу, Овидия. |