Книга Плененная поневоле, страница 44 – Алекса Аверина

— Ты сново вся горишь. Я сейчас тебе лекарство дам. — он отстраняется от меня и встает.

Сразу становится еще холоднее. С закрытыми глазами слышу шуршание и звук наливающейся воды, а затем, его руки приподнимают меня. Помогает мне присесть.

Челюсть сжимаю и морщусь от боли в теле, мычу, но слегка глаза приоткрываю. Он подносит к моим губам таблетку и в рот кладет, когда немного расслабляюсь и открываю его. Дает запить водой.

Только сейчас поняла, как же я хочу пить, что у меня во рту все пересохло. Выпиваю всю воду и он снова меня к себе прижимает. Ложимся вместе. Он рукой проводит по моему лицу.

— Холодно. — говорю одними губами, и он тут же укрывает меня одеялом. Сама жмусь к нему, его тепло согревает, и я снова закрываю глаза, проваливаясь в сон.

* * *

— Ебанутая мразь, я убью тебя! — меня начинают бить ногами, снова и снова, кричу.

— Смотри! Я сказал смотреть! Это сделал твой отец! — картинки убитой девушки вгоняют в ужас, в панику. Папа, как ты мог… Они убьют меня. Снова слышу оглушающие крики, вопли, вой мужских голосов. Меня забивают ногами, верчусь, уворачиваюсь, дергаюсь.

— Хватит… хватит… больно… Ренааат. — рыдаю, зову его, не могу остановиться. Где он? Почему не приходит… Ренаааат.

И снова сильные руки сжимают меня, спиной чувствую горячее тело. Затылок дыханием обжигает и слышу шепот.

— Я тут, тут, рядом. Все хорошо! — резко глаза открываю, но ничего не вижу, темно. Опять кошмары, снова и снова, будто все происходит наяву.

Хватаюсь за его руки, трогаю, щупаю. Понимаю, что в безопасности. Поворачиваюсь к нему, и начинаю трогать его плечи, шею, лицо, волосы. Он рядом. Я с ним, все хорошо. Вот она, моя реальность.

— Мне страшно. — обнимаю его за шею, носами касаемся друг друга. Он рукой в волосы мои зарывается, к себе прижимает. Губами, мои губы находит в темноте и целует нежно.

— Никто больше не тронет, я не дам в обиду. — шепчет в губы, затем снова целует. — Еще ночь, поспи немного. — от его голоса и губ расслабляюсь опять. Закрываю глаза.

Я хочу спать, очень хочу, но как только я засыпаю, меня начинают мучить жуткие вещи. Поэтому, резко их открываю.

— Я боюсь. Они снова придут. Мне страшно. Я не буду спать.

— Хочешь, я свет включу, чтобы не боялась? — киваю.

Он встает и включает свет.

Подушку сжимаю, ноги к себе подбираю, сворачиваясь калачиком. Мне так больно, больно от того, что отец, так жестоко обратился с невинной девушкой. На этом же все не закончится. Отец Рената ведь не успокоится, пока я жива. Понимаю это, плакать начинаю.

Снова мучить будут. Снова придется это переживать. Лучше бы там осталась, я же почти умерла. Всем бы лучше было от этого... Алену бы тогда не трогали. Так горько на душе, так не спокойно. Снова я ее подставляю. Боюсь, очень боюсь за нее. Все сильнее плакать начинаю.

Я помню. Как раз, четыре года назад, мама умерла от сердечного приступа днем. Может быть, она узнала, что сделал отец? Это з-за него мы маму потеряли?

Папочка… Я так люблю тебя. Но почему? За что ты так со всеми нами поступил? Мы тогда ведь переехали, я помню. Это все правда…

Кровать прогибается от веса, Ренат рядом садится.

— Поплачь, не держи все в себе. Можешь поговорить со мной, полегче станет. Иди ко мне. — берет меня на руки вместе с одеялом, не сопротивляюсь. Уткнулась лицом ему в плечо, не переставая плакать.