Книга Флорентийская блудница, страница 110 – Лана Ланитова

— Так мы и так из одного класса, – хмыкнул Махнев. – Пойдем в дом.

— А я ведь на днях зашел к Родиону. Стучал, стучал к нему в калитку, но он так и не вышел. Куда наш учитель подевался – бог его знает.

— Ошибся ты немного. Не бог знает…

— Ну, да…

Владимир и Макар двинулись по дорожке к крыльцу Махневского дома, но рядом с калиткой услышали шорох и стук других шагов.

— Подождите, друзья!

За калиткой маячила бледная физиономия Травина.

— А Родион Николаевич! – обрадовано воскликнул Владимир и распахнул калитку. – Легки на помине. Только сейчас о вас вспоминали.

— Родион! А где ты пропадал, чернильная твоя душа? – улыбался Макар. – Я был у тебя совсем недавно.

— Да? – Травин удивленно приподнял брови. – Ты не застал меня?

— Нет, конечно. А где ты был?

— Эх, если бы я сам знал, где был, – пробормотал Травин, робко входя через калитку.

— Ну, как бы то ни было, хорошо, что мы вновь собрались вместе, – резюмировал за всех Владимир. – Хватит вам топтаться на пороге. Пойдемте в дом.

Через пару минут все трое оказались в гостиной у Махнева.

— Присаживайтесь к столу, господа, – пригласил Владимир. – Может, вы голодны?

— От обеда мы бы, конечно, не отказались, – хмыкнул Макар. – Но, вот только в рестораны свои ты нас, Владимир Иванович, более не зови.

— Что ты, Макар, я нынче и сам воздержусь от местных обедов. Посидите немного, я пока схожу наверх и переоденусь. А то я в неглиже. Вернусь, тогда и сообразим что-нибудь с обедом.

— Ты прости меня, Володя, я, наверное, как всегда, разбудил тебя.

— Ничуть. Я уже итак собирался вставать.

— Ты иди, оденься. Конечно, мы подождем тебя.

— Да, я постараюсь быстрее. Вы можете пока взять у меня в шкафу какие-нибудь книги или художественные альбомы пролистать.

— Не беспокойся. Мы не успеем заскучать.

Владимир откланялся и быстрыми шагами устремился по лестнице на второй этаж. Переодевание и утренний туалет не заняли много времени. Владимир умылся и отыскал в гардеробе свежую рубашку, брюки и легкий сюртук. Через четверть часа он уже спускался причесанный, умытый и одетый в гостиную к своим друзьям. Еще на ступенях он услышал какую-то легкую мелодию, идущую откуда-то снизу. Но откуда?

Что опять за чертовщина, думал он. Когда он оказался внизу, то был немало удивлен всеми теми изменениями, которые произошли в его отсутствие. Вся гостиная внизу будто осветилась ярким светом. Ему показалось, что по периметру большой комнаты зажглись невидимые глазу лампы. Словом в ней стало так же ярко, как бывает в лучших ресторанах. Но главным было даже не это. Большой обеденный стол был застелен белой скатертью. Посередине возвышалась небольшая ваза, полная свежих, только что срезанных, кремовых роз. Вокруг вазы в живописном порядке красовались бутылки с дорогим вином и ромом. Был здесь и коньяк, и бутылка шампанского в серебряном ведерке с колотым льдом. Лед был не только в ведерке – он искрился и таял на огромном блюде меж свежими устрицами и желтыми розетками лимона. Оказалась здесь и ваза с фруктами, и множество тарелок, блюд и салатниц, полных разными закусками. Лепесток императорского бисквитного фарфора приютил горки свежей икры, рядом лежали кружевные дольки жёлтого сливочного масла и хрусткие овалы теплых багетов. Было здесь и блюдо с рыбной нарезкой, и жареная дичь, и румяные пирожки с луком и яйцом. Боже, чего только не было на этом роскошном столе. А за столом сидели чуть обалдевшие от гастрономических изысков гости.