Книга Флорентийская блудница, страница 58 – Лана Ланитова

— Вот как? Значит, мы уже на месте?

— Почти. Сейчас мы свернем с дороги. Пройдем по полю, мимо старой колокольни и окажемся рядом с его виллой.

— Ты так и не сказала, как его зовут?

— О, у него прекрасное имя. Его зовут Джулиано Конте. Он знатного происхождения. И он – великий скульптор.

— Да? Но, я что-то не припомню скульптора с таким именем, – не без ехидства парировал Владимир.

— Ах, если бы ты только знал, сколько гениев предано историей забвению.

— Догадываюсь…

— Благодаря злому року, человеческой неблагодарности, интригам и зависти современников и козням власть имущих, в безызвестности осталось множество талантов. И многие великие творения были преданы глухому и беспощадному забвению. Для того, чтобы остаться в памяти потомков иногда было достаточно иметь в избытке презренного метала.

— И всё?

— И все. Если бы ты знал, сколько посредственностей высекли свои имена на скрижалях истории, и сколько гениев исчезло без следа.

— Ладно, великая спорщица, ты меня убедила. Ты так защищаешь своего Джулиано потому, что любила его?

— Ах, если бы я его любила, как должна была, то ныне на мне бы не висело страшного проклятия. Нет, я не любила его. Я вообще тогда не знала, что есть любовь.

— А сейчас ты знаешь, что есть любовь?

— Я постигаю эту тайну. И мое сердце готово её принять.

— Не потому ли ты явилась ко мне из камня, что нашла во мне родственную душу? – Владимир замедлил шаги и с удивлением посмотрел на свою спутницу. – Я ведь тоже при жизни никого не любил.

В ответ Лучиана молчала. Они шли по узкой тропинке меж луговых трав. Вокруг летали бабочки и стрекотали кузнечики. Лучиана то и дело наклонялась и рвала полевые цветы. Это были маки, васильки и еще какие-то незнакомые Владимиру, белые цветы. Так они незаметно добрели до старой колокольни. Рядом с ней, прямо в густой траве прятались серые обломки римских колон.

— Давай немного отдохнем? – предложила она. – Сегодня слишком жарко.

— Давай, – согласился он.

Они ушли в тень старого каштана. Недалеко от дерева, в траве, журчал чистый ручей. Лучиана наклонилась над водой, изящно оттопырив круглую попку. Владимир подошел сзади и, ухватив девушку за талию, развернул ее к себе.

— От тебя так вкусно пахнет, – он вдохнул аромат ее волос и поймал ее губы своими губами.

Она не отстранилась. Наоборот ее гибкие руки обвили его шею. Целовались они довольно долго, а после он выдохнул:

— Я не могу больше терпеть. Сквозь тонкую ткань проступают твои острые соски… И твоя круглая задница сводит меня с ума.

Он потянул ее в густую траву, но неожиданно она отстранилась.

— Все это будет меж нами. Но, не сейчас, – решительно произнесла она, застегивая распахнувшийся ворот рубашки.

— Потом – это само собой, – наступал он. – Потом и сейчас.

— Нет, Володя, – она перехватила его руки. – Ты просто не знаешь. Если это произойдет сейчас, то наша прогулка вмиг закончится.

— Да почему, черт возьми!? Мы задержимся на час, другой. Всего лишь. Никуда твой мастер не испарится за это время.

— Нет, ты просто не понимаешь. Поверь, но сейчас пока не время.

— Тогда не виляй передо мною своей задницей, – хмуро отозвался он.

— Не обижайся. Ты сам потом всё поймешь. Если бы это было в моей власти, я отдалась бы тебе тут же, без промедления.