Книга Наваждение. Жена отца для меня, страница 5 – Лисавета Челищева

За его спиной стояли четверо крепких мужчин в одинаковых чёрных костюмах. Лица у них были серьёзные.

— Здравствуй, Вероника, — поприветствовал Радик. Он смотрел почему-то только на меня, словно в комнате больше никого не было.

Его люди остались у двери, а он прошёл в гостиную, окинув взглядом наше скромное жилище. Обои, старый диван, потёртый палас на полу. Его лицо не выражало презрения, но я чувствовала, как он видит каждую деталь. И меня.

Его глаза задержались на мне, и я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Он смотрел на мои руки, сложенные на коленях, на шею, скрытую высоким воротом, на ноги, которые я поджала под себя.

— Садитесь, — выдавил отец, показывая на единственное свободное кресло.

Радик сел, но не в кресло. Он сел на диван рядом со мной. Близко. Так близко, что я почувствовала запах его дорогого парфюма и табака.

— Я пришёл к вам с предложением, — начал Радик, обращаясь к деду. Тот сидел напротив, сжимая в руках чётки. — Я хочу жениться на вашей внучке.

В комнате повисла гробовая тишина. Я слышала, как скрипнул половицей отец, как мама судорожно вздохнула. Айгуль замерла с открытым ртом.

— Она ещё девочка! — голос деда повысился от возмущения.

Радик усмехнулся — холодно, жестко. Его рука легла на спинку дивана за моей спиной, и я почувствовала, как его пальцы почти касаются моих волос.

— Ей двадцать три. Она уже женщина, — произнёс он медленно, и его взгляд снова скользнул по мне. Теперь он не скрывал этого. Он смотрел на мою грудь, на талию, на ноги. Опускался и поднимался, раздевая меня глазами. Я чувствовала этот взгляд как физическое прикосновение. Меня залихорадило.

— Моя дочь ни за что не пойдёт за тебя! — выкрикнул отец, вскакивая с места. Его лицо побагровело. — Убирайся из моего дома!

Один из охранников сделал шаг вперёд, но Радик поднял руку, останавливая его. Он не спеша поднялся с дивана и посмотрел на отца сверху вниз. Между ними была пропасть — не только в росте, но и в силе, в деньгах, во власти.

— Твоя дочь, — медленно повторил Радик. — Ты, кажется, забыл, Ильдар, кто ты есть и кто теперь я. Ты работаешь на моих людей. Твоя зарплата — моя милость. Твоя крыша над головой — моя земля. Ты думаешь, у тебя есть право мне отказывать?

Отец побледнел. Его кулаки сжались, но он промолчал. Сильный мужчина, которого я знала всю жизнь, сейчас был бессилен. И это было страшнее всего видеть.

Радик повернулся ко мне. Его лицо изменилось — жёсткость уступила место чему-то другому. Тёмному, жаркому.

— Ты пойдёшь за меня, Вероника, — сказал он тихо, чтобы слышала только я. — Ты станешь моей женой. И ты будешь жить в достатке. Твоя семья забудет, что такое бедность. Твои брат и сестра будут учиться в лучших школах. Твой отец получит повышение.

Он замолчал, наклоняясь ближе. Я почувствовала его дыхание на своей щеке.

— Или... — его голос стал низким. — Я заберу у вас всё. Землю, дом, работу. Я сделаю так, что вам некуда будет пойти. И ты всё равно станешь моей. Просто тогда будет больно. Всем.

Он выпрямился и громко, так, чтобы уже слышали все, объявил:

— Через неделю будет свадьба. Готовьтесь.

Он достал из кармана пиджака небольшой свёрток, перевязанный шёлковой лентой, и бросил его на стол. Свёрток развернулся, и в лучах утреннего солнца блеснуло золото.