Книга Без обязательств, страница 45 – Лина Коваль

— Нет, конечно. Не было такого. Прости, схожу припудрю носик. — отвечаю довольно громко и, извинившись, направляюсь к выходу из зала.

По пустому коридору второго этажа направляюсь в туалет и, закрывшись в кабинке, прихожу в себя.

Это все к лучшему.

К лучшему.

Проблемы с Натаном мне не нужны. Слухи тем более. С такой семьей позволить их я не могу.

А секс?

В конце концов, до двадцати с хвостиком я жила и без него.

Когда все системы организма приходят в норму, волосы снова лежат по плечам идеальными волнами, а мое лицо не выражает ни одной эмоции, я снова готова появиться в зале.

Закрыв за собой дверь, останавливаюсь как вкопанная.

Рядом с лестницей замечаю того самого грузного мужчину из области. Он оперся на перила, смотрит вниз и шумно дышит.

А чуть впереди него стоит Громов.

Напряженный и серьезный.

Закончив телефонный разговор, он убирает телефон во внутренний карман пиджака и молча окидывает меня тяжелым взглядом.

— Кажется, рядом с нами опять человеку плохо? Как ты думаешь? — осторожно спрашиваю первой, чтобы избежать неловкости.

Посмотрев назад, Костя забрасывает ладони в карманы брюк и приподнимает брови:

— И кто из нас врач?..

Я намеренно игнорирую деланное безразличие Громова и отсутствие его реакции на мои слова. Может, он и прав с ней?

Благодаря вечно занятому отцу я примерно представляю уровень загруженности владельца многомиллионного бизнеса. Это частые командировки, нештатные ситуации, авралы и форс-мажоры. Вряд ли сюда вписываются истерики девиц после субботнего секса в машине.

Себя тоже заочно оправдываю. Не было у меня таких отношений… Не было. Когда сгораешь от каждого прикосновения, остро ощущаешь мужчину внутри себя и позволяешь ему смотреть, как кончаешь от этого ощущения, а потом тебя игнорят сутки. Либо это вообще не для меня, либо надо привыкнуть, как к новым кроссовкам для бега.

Не дыша, прохожу мимо Кости и останавливаюсь возле гостя.

— Родион Станиславович, — мягко зову, отбрасывая локоны за плечо. — Это Софья, дочь Яны Альбертовны. Мы в начале вечера разговаривали с вами…

— Помню-помню, голубушка. Как же не помнить…

— Я врач. Вам плохо?

Пока он из стороны в сторону качает опущенной головой, я замечаю, что кожные покровы гораздо бледнее, чем были. При этом лицо блестит от обильного пота. Грузное тело потрясывает от озноба.

— Нормально все. — он отнекивается. — Схватило чего-то резко в животе. Понять не могу… Сейчас отойдет…

— Хорошо. Конечно.

— Точно не аппендицит. Мне его еще в армии вырезали.

— В нескольких метрах от вас небольшой диванчик. Позвольте, я вас провожу. — касаюсь локтя.

Чувствуя на себе фирменный взгляд Громова, который так и продолжает безучастно стоять позади, направляю важного гостя и прошу его снять пиджак. Во-первых, хочу проверить его координацию его движений. Во-вторых, нужно что-то подложить под голову.

— Вот так… В эту сторону, пожалуйста… — когда он устраивается, я сажусь на краешек справа, коротко улыбаюсь и тянусь к сморщенному лицу. — Вы позволите?

— Да, — слабо отзывается.

— Возможно, у вас есть какие-то хронические заболевания? — прикладываю ладонь ко лбу. Пот оказывается холодным.

Родион Станиславович издает глухой стон и хватается за живот.

— Нету ничего. Давление иногда шарашит. Так кто без него живет?