Книга Не Твоя Ставка, Мажор!, страница 58 – Мира Лаверн

Женя осталась подписывать документы, а мы с Тимуром вышли в коридор.

Он шёл рядом, но не касался меня.

После поцелуя это расстояние ощущалось странно. Словно между нами произошло что-то большое, а тело всё ещё подчинялось старым правилам.

— Ты жалеешь? — спросил Тимур.

Я знала, о чём он.

— О камере?

— Не только.

— Нет.

Он остановился.

Я прошла ещё два шага и обернулась.

Тимур смотрел на меня без привычной усмешки. В полутёмном коридоре его лицо казалось жёстче, чем обычно, но сейчас за внешней уверенностью я легко замечала напряжение.

— Это не признание, — напомнила я.

— Я помню.

— И не означает, что мы встречаемся.

— Хорошо.

— Не говори так спокойно.

— Как нужно?

— Не знаю.

— Тогда я выбрал безопасный вариант.

Я почти улыбнулась.

— У тебя плохо получается выбирать безопасное.

— Учусь.

Он подошёл ближе, но оставил между нами несколько шагов.

— Можно задать вопрос?

— Задавай.

— Почему?

— Что почему?

— Почему ты меня поцеловала?

Я посмотрела на дверь лаборатории. За ней Женя продолжала разговаривать со специалистами. Камера уже находилась в контейнере. Никто нас не записывал.

По крайней мере, я хотела в это верить.

— Потому что ты отказался от ставки, — ответила я.

Лицо Тимура изменилось.

Едва заметно.

Но я поняла: ответ ему не понравился.

— Значит, это награда?

— Нет.

— Похоже.

— Я не раздаю поцелуи за правильное поведение.

— Тогда почему именно после отказа?

— Потому что до него я не могла понять, где заканчивается игра.

— А теперь понимаешь?

Я посмотрела ему в глаза.

— Нет.

— Честно.

— Ты сам приучил.

— Значит, поцелуй тоже может быть частью игры?

— Для тебя?

— Для тебя.

Я задумалась.

— Возможно, я хотела проверить, что почувствую.

— Проверила?

— Да.

— И?

— Это второй вопрос.

— Ты не устанавливала ограничения.

— Устанавливаю сейчас.

Тимур коротко усмехнулся.

— Хорошо. Тогда один вопрос в день.

— Слишком много.

— В неделю?

— Посмотрим.

Он снова подошёл ближе.

На этот раз расстояние между нами стало таким, что достаточно было протянуть руку.

Тимур не протянул.

— А поцелуи? — спросил он.

— Что поцелуи?

— Тоже один в неделю?

— Ты уже начинаешь торговаться?

— Уточняю правила.

— Правил пока нет.

— Тогда можно?

Сердце ударило быстрее.

Я могла сказать «нет». Он бы остановился. Теперь я это знала.

Осознание собственной власти над происходящим оказалось сильнее любого флирта.

— Сейчас — нет, — сказала я.

Тимур кивнул.

Без разочарованного вздоха, без попытки убедить.

— Хорошо.

Он открыл передо мной дверь на лестницу.

Мы спустились в холл и дождались Женю. До общежития шли втроём, хотя на улице почти никого не было. Снег закончился, оставив на дорожках серую кашу.

У входа Тимур остановился.

— Завтра позвоню по поводу камеры.

— Служба безопасности сообщит Ирине Валерьевне.

— Я всё равно позвоню.

— Не вмешивай отца.

Он нахмурился.

— Я не говорил про отца.

— Напоминаю заранее.

— Хорошо.

— И не пытайся ускорить проверку через фонд.

— Не буду.

Я смотрела на него, пытаясь определить, действительно ли он согласился или просто не хотел продолжать спор у общежития.

— Алиса, — произнёс Тимур. — Я услышал.

— В прошлый раз тоже говорил.

— Поэтому повторяю.

Женя уже открыла дверь, но задержалась, ожидая меня.

— Спокойной ночи, — сказал Тимур.

— Спокойной.

Я вошла внутрь.