Книга Бывший. Ты пожалеешь!, страница 101 – Ира Орлова, Виктория Ким

— Нет, – отвечает он, чуть наклоняя голову, – только с теми, кто так настойчиво притягивает неприятности.

Я резко заливаю его слова глотком кофе, с трудом удерживая раздражение.

— Может, просто пройдёте мимо? – говорю я холодно, надеясь, что он исчезнет так же внезапно, как появился.

Но он не двигается. Напротив, в его взгляде появляется что-то настойчивое, почти хищное.

— Ты сама знаешь, что не так-то просто, – продолжает он, чуть понижая голос. – Разве я не прав?

Он смотрит на меня так, будто видит то, что я прячу даже от себя. Его уверенность — это огонь, который одновременно пугает и странным образом завораживает.

— Имя, – произносит он. Это не просьба, а приказ. – Как тебя зовут?

— Лариса, – отвечаю я, удивляясь самой себе.

Он чуть кивает, будто одобряет услышанное.

— Лариса… – произносит он, словно примеряет моё имя на вкус. – Хорошо. А меня зови Кирилл. Кирилл Ветров.

Он отворачивается к мотоциклу, надевает шлем, но перед тем, как завести двигатель, снова бросает взгляд через плечо.

— Береги себя, Лариса. Пока это не пришлось делать мне.

Рёв мотора разрывает ночную тишину. Я стою неподвижно, чувствуя, как что-то внутри сдвигается. Встреча с ним — как внезапный шторм, который оставляет после себя только размытые очертания спокойствия.

Я стою на месте ещё несколько минут после того, как звук мотора стихает вдалеке. Сердце колотится, мысли путаются.

"Кто этот хам? Что за самоуверенный грубиян, который решил, что может вот так вторгаться в мою жизнь?" – раздражение накрывает меня волной, но одновременно с ним приходит и странное чувство беспокойства.

Сделав глубокий вдох, пытаюсь стряхнуть с себя это странное состояние. Возвращаюсь в реальность, в городскую прохладу, взгляд падает на пластмассовый стаканчик с уже остывшим кофе. Направляюсь обратно к дому Семёна, ускоряя шаг, чтобы окончательно избавиться от чувства дискомфорта. Но, кажется, этот Кирилл оставил во мне какой-то след. Не такой, как хотелось бы.

У подъезда меня встречает сын. Его лицо напряжённое, а в глазах тревога. Он стоит в дверях, сложив руки на груди, и, увидев меня, сразу делает шаг навстречу.

— Мам, где ты была? – его голос звучит обеспокоенно. – Я тебя уже обыскался. Почему не отвечала на звонки?

— Прости, Семён, – выдыхаю я, чувствуя усталость во всём теле. – Просто решила прогуляться. Хотела проветрить голову. Что-то случилось?

Его взгляд становится ещё более серьёзным, и сердце мгновенно уходит в пятки.

— Мне звонил отец, – говорит он, делая паузу, будто не уверен, как продолжить. – Он в больнице. Попал в аварию.

— Что? – мой голос срывается. – Насколько всё серьёзно? Что с ним?

— Ушибы и перелом руки. Вроде ничего критичного, – отвечает Семён.

Я молчу, чувствуя, как противоречивые эмоции сталкиваются внутри меня. Злость, жалость, усталость. Судьба все же интересная штука…

Холодное утро окутывает город тонкой дымкой. Я сижу на кухне сына, обхватив ладонями чашку чая, который давно остыл. Снаружи доносятся отдалённые звуки пробуждающегося города: шум машин, голоса прохожих. Но я не слышу ничего. В голове застряла одна мысль — Богдан. Его лицо, слова, попытки снова стать частью моей жизни. И теперь, после аварии, его образ стал ещё навязчивее, вытесняя всё остальное.