Книга После развода. Спаси меня, мой Генерал, страница 13 – Элен Блио, Полина Измайлова

— А ты не плачь. Когда плачешь — еще больнее. Ты улыбайся. Улыбайся, у тебя такая улыбка красивая. И смейся — когда страшно надо смеяться. Ты знаешь, что смех убивает страх?

Я осторожно покачала головой. Я не знала. Это казалось… казалось бредом.

— Ну вот, теперь знаешь. Попробуй. А я… я скажу сестре, чтобы еще немного обезболила. Хочешь, приду, поиграем в слова?

Я кивнула.

Он пришел. Мы поиграли, но недолго, мне было сложно говорить. Потом он стал рассказывать. Разные истории. Веселые.

Особенно меня насмешила та, в которой девчонка парня из меда отшила, спросила, едят ли они лягушек и крыс после того, как проделают с ними все опыты.

— Едите? — спросила я.

Практикант засмеялся, сделал большие глаза, а потом подмигнул.

И мы засмеялись.

Мне стало легче.

Правда.

Я старалась улыбаться, и боль отступала.

Я запомнила, как звали этого доктора. Товий. Смешное такое имя.

Сейчас я тоже стараюсь улыбаться.

Только вот сил, чтобы посмеяться над своими страхами, нет.

Только слабая надежда на то, что я всё-таки успела дозвониться Альбине и она меня услышала.

А если нет?

Снаружи доносится какой-то шум, голоса, крики.

Что происходит?

В карцере одно зарешеченное окно, но оно выходит не на улицу, нет, оно выходит в коридор подвала. Смотреть туда нет смысла.

Шевелиться нет смысла.

Пока я не слышу то, что заставляет меня реально замереть от ужаса.

— Пожар!

— Дядя, вы не видели кота?

— Рыжего!

— Он потерялся!

Два маленьких урагана налетают на меня в загородном отеле, куда я приехал с женой по делам бизнеса и заодно отметить Новый год.

Мальчик и девочка. Светленькие. Озорные.

Кого-то они мне напоминают...

— Не видел никакого кота.

Хмурюсь. Странно это, что такие маленькиие дети без присмотра. Мне должно быть плевать, но я почему-то спрашиваю:

— А вы почему одни по отелю бегаете? Где ваши родители?

Мальчик грустно вздыхает:

— Мама занята, а папы нету...

— Папа... он нас бросил, — жалобно говорит девочка.

— Так, пойдемте искать вашу маму.

Что за черт? Почему я так переживаю за чужих детей?

И за кота. И за то, что у них нет папы, а мама оставила одних...

— Ника! Ник! Вы куда ушли?

Я слышу знакомый голос, и сердце сбоит.

Это она. Моя бывшая. Злата.

Когда-то работала на меня, а теперь у нее двое детей, у которых… нет папы.

— Гордей?!

— Ты ничего не хочешь мне объяснить, Злата?

Пожар…

Я не хочу пожар.

Пожалуйста, господи, только не это!

Пожар…

В моей жизни уже был пожар.

И не один.

Два…

Два пожара.

В одном горело мое тело, в другом — мое сердце.

Этот пожар звали — Роман Зверев.

Красавец «старлей» с наглой ухмылкой. Его взгляд раздевал. Заставлял дрожать. Заставлял чувствовать себя живой и… красивой.

Может, потому, что он называл меня «красивая»?

Нет, не громко. Не открыто.

Тогда, когда мы впервые увиделись, когда он принес отцу какие-то документы, он просто смотрел.

Причем сделал это нагло.

Не стесняясь отца.

Папа тогда даже слегка обалдел от наглости молодого офицера.

— Лейтенант Зверев.

— Слушаю, товарищ генерал.

— Слюни подбери.

— Есть, слюни подобрать, товарищ генерал, только…

— Что?

— Не подбираются, товарищ генерал.

— Что?

Я прыснула в кулак, посмотрела на «старлея», он подмигнул.

— Зверев, давно на «губе» не отдыхал.

— Товарищ генерал, за такую красавицу можно и на «губу».