Онлайн книга «После развода. Спаси меня, мой Генерал»
|
Всю ее возьму. Усмехаюсь, соображая, что этим своим «нет» она сейчас мне «да» сказала. Свет нельзя. А вот всё остальное… Можно, генерал! Можно! Сегодня тебе можно всё остальное. Укладываю на кровать, покрывало откидывая, и тут же вжимаюсь в развилку между бедер головой. Рычу, аромат вдыхая. Только ее. Такой нежный. Такой острый. Я его помню. Он, как боль фантомная, всё время был со мной. Везде его искал. Запах моей женщины. Моей Веры… Целую, раздвигая, губами зарываюсь в мягкие складки… — Боже, Рома… нет… пожалуйста… да… боже… О, господи… Да! Да! Именно! Течет подо мной, чувствую, вся опухает, раскрывается, языком забираюсь в самые потаенные места, вылизываю посасываю, как голодный зверь, набрасываюсь на свою добычу. Только моя! Только для меня созданная! Только мне вот так дающая. Это я точно знаю. И плевать, что был муж, а может, и не только муж. Точно плевать. Если мужчина решает, что женщина его — ему плевать на всех других. Не было их. Я застолбил. И закрыл эту тему. Моя женщина. Я первым был и последним стану… — Роман… боже… Смазка прямо течет из нее. Изголодалась моя девочка по любви, по страсти. Сейчас всё будет. Сейчас будет хорошо. Сейчас получишь то, что должна была получать все эти годы. И буду вымаливать прощение на коленях за то, что дурацким слухам поверил и не проверил сам, что, да как, что к чему. Лижу, пальцы проталкивая, клитор всасываю, остановиться не могу, притормозить, просто сил нет, в агонии горю, хочу ее оргазм своими губами испить, до дна испить. — Рома! Господи… нет… пожалуйста… боже… да, еще, еще, сильнее. Боже… прошу… да… да… Ее громкие стоны, крики будоражат, еще сильнее распаляют, еще больше окрыляют. Чувствую, как напрягается, вытягиваясь, выгибается дугой дикой и кричит, изливаясь в мой рот, так обильно, бурно, горячо, остро… Охрененно. Божественно… А потом… потом закрывает лицо, содрогаясь в рыданиях. Глава 21 Реву и не могу остановиться. Умираю внутренне. Умираю от осознания того, что я потеряла. Потеряла и, возможно, потеряю снова. — Вера, Верочка… любимая, ну что ты… тише, тише, родная, что? Я сделал тебе больно? Что ты? Сил хватает на то, чтобы головой качнуть. Боже, что же я делаю? Я же его… оттолкну просто? Он ведь… Он для меня старался, он… а я… — Всё… всё хорошо, хорошо… — Пытаюсь успокоиться, сдержаться… но слезы снова взрываются, стоит только на него посмотреть. Какой он! Какой красивый, господи! Он с возрастом только лучше стал! Еще… еще шикарнее! Такой мужчина, и я… — Вера… Берет мое лицо в ладони, глаза в глаза смотрит, не дает отвести. — Вера, ты… ты моя женщина, моя, поняла? Самая желанная, самая красивая. Хочу тебя, слышишь? Умираю, как хочу… Он говорит, а я плыву… таю… плавлюсь. Растекаюсь от его слов. Так хорошо! Хорошо, что можно ни о чем не думать! Что можно вот так лежать и… Да, не хочу ни о чем. Ни о проблемах. Ни о бывшем. И об Альбине тоже… Может, я сука сейчас, но я никогда не была сукой… один раз ведь можно и попробовать? — Рома… люби меня… пожалуйста… Люби… Меня никто, никогда так… Мне ни с кем… я… я только с тобой. У меня и не было больше никого. — Плевать, было — не было. Моя ты, поняла? Я не святой. Я… Твой я, поняла? До конца, до донышка. Твой. Говорит, раздвигает мне ноги коленом, я только чувствую, как там мокро, и жар чувствую, его огонь, его твердость. |