Онлайн книга «После развода. Спаси меня, мой Генерал»
|
Его член, боже! Мне и стыдно, и хорошо, и… эмоции через край. Переполняют. Как же прекрасно это! Как хорошо! В сорок лет, господи… Боже… Он делает это медленно, в глаза мне смотрит. Заполняя собой до краев. И я вижу, как его взгляд затуманивается. Как он зубы стискивает, шипит, словно обжегшись… Сам обжигается и меня опаляет. Мой ожог… самый страшный ожог моей жизни. Не те, что на коже у меня. Он. Один. Единственный. Ожог, который навсегда мою жизнь перевернул. Который показал, что значит желанной быть, любимой. Пусть я тогда ему и не поверила. Он меня изменил. Всю. Я в себя поверила. Пусть не нашла счастья женского, но не нашла потому, что он был для меня потерян. Он… мой пожар. Мое пламя. Огонь мой. Сына мне подарил. Счастье мое. Мою главную в жизни удачу. Мою главную в жизни победу. Господи, как же мне с ним хорошо. Опять до слез! Всхлипываю, выгибаясь, стараясь ближе быть. Еще ближе. Срастись, кожей вплестись друг в друга. Сильно. Страстно. Ярко. Жадно… Я голодная до него, дико голодная. Тянусь губами, встречая его влажный рот. — Какая ты нереальная… волшебница моя… сказка… Господи… хорошо как… — И мне хорошо, товарищ генерал… — Вера… Целует, врывается в меня, вылизывает, срывается с катушек. Несет нас обоих к финалу оглушительному. Нет, еще рано! Не хочу так быстро. Еще хочу, дольше хочу… Генерал мой двигается быстро, потом замедляется, тоже хочет продлить удовольствие, стонет, прижимается к моей шее, покусывает, шрамы языком обрисовывает. Мне не больно, не страшно, я не боюсь, что его это оттолкнет. Сейчас, с ним, я понимаю, что мои шрамы — это моя суть. То, что было снаружи, проросло внутрь. Они сделали меня мной. Сделали меня сильнее. Мне только нужно верить в это. В то, что я могу быть любимой. В то, что такой, как Зверев, может меня любить. — Вера… какая же ты сладкая, Верочка моя… нежная моя… дорогая моя… девочка… волшебная моя… Моя фея… Он говорит, двигаясь поршнем внутри, хрипит, приподнимается, чуть позу меняя, мои ноги себе на плечи закидывая, ахаю с непривычки, вижу пламя в его глазах, такое жадное пламя. Он выходит из меня, проводит головкой по складкам, словно дразнит и ласкает. Это оказывается так ярко, так остро, особенно когда горячая кожа касается моего клитора. Господи, я даже не представляла, что это может быть так! Тогда, с ним, в молодости, всё было иначе. Хорошо, сладко, остро, горячо, но иначе! А сейчас… Сейчас словно он одним движением вспарывает, как лезвием, всю мою женскую суть, прогоняет все страхи, все сомнения, всю скованность. Он открывает мне меня. Меня настоящую. Жадную до страсти. Готовую любить до обморока. Горячую. — Давай, девочка, давай, раскрывайся, кайфуй, давай… И я делаю всё, что он говорит мне. Раскрываюсь. Блаженствую. Отдаю ему себя всю. И снова он входит до упора. И снова вламывается в меня до самого дна. Упираясь, дышит тяжело, в глаза смотрит… — Вера… Вера моя, единственная… Хочу в тебя, слышишь? Хочу… я… Я едва понимаю, о чем он. Мы без защиты. Мы оба без всякой защиты. Ни о чем дурном я не думаю, мне в этот момент абсолютно плевать. На то, что было у него. На всё. Хочу ему принадлежать вся. Хочу… Я не уверена, что я могу забеременеть, а если смогу… это будет прекрасно! Это будет самое прекрасное, что произойдет со мной. После моего Ромашки — самое-самое. |