Книга После развода. Спаси меня, мой Генерал, страница 8 – Элен Блио, Полина Измайлова

И всё мне было понятно, мечтай, не мечтай, но…

Кто захочет девушку со шрамами, даже генеральскую дочь, когда вокруг полно красивых и не обремененных ни уродствами, ни особой моралью?

На самом деле, в какой-то момент недостатка в кавалерах не было — именно потому, что генеральская дочь.

Вот только я довольно быстро научилась отделять зерна от плевел.

Тех, кому что-то надо от папы генерала, и тех, кто реально готов к каким-то серьезным отношениям с обожженной девушкой.

Вторых просто почти не было.

Вокруг меня крутились студенты, у которых не было военной кафедры и желания служить отчизне. Курсанты военных училищ, которым тоже больше нужен был, конечно, папа-генерал.

Я не то чтобы смирилась. Мне в какой-то степени было смешно, в какой-то — безразлично.

Я жила своей жизнью. Училась, строила планы.

У меня не было страха перед будущим, почему-то я была уверена, что всё у меня получится, всё будет хорошо. Что всё-таки найдется тот самый, единственный и неповторимый. Мой.

В универе я нормально с девчонками общалась, но как-то услышала такое, презрительное, что ли… Типа, ой, ну тебе не понять, ты же девственница, наверное, и останешься старой девой.

Тогда я и решила избавиться от этого «проклятия».

А тут Зверев.

Идеальный.

И ведь я не обязана была ему сразу шрамы показывать?

Зачем? Если у нас будет только одна ночь.

Если бы я знала…

— Что, Белоснежка? Чайку, кофейку? Садись давай, рассказывай, как докатилась до жизни такой. Да не тушуйся ты… Вера!

Я вскидываю глаза и понимаю — попалась.

— Что? Вспомнила? — Надсмотрщица по прозвищу Вечная скалит зубы. А меня передергивает.

Я в жизни сталкивалась с разными людьми, и даже несмотря на то, что дочка генеральская — всякое было.

Но такого…

При этом вижу — смотрит она вроде беззлобно, усмехается. И всё равно мурашки по коже.

Нет, мне не страшно, что больно сделают, что изуродуют — я-то уж точно привыкла к этому, хотя расставаться с моими роскошными волосами совсем не хочется.

Страшно, что будут унижать.

Унижения я точно терпеть не стану.

Буду драться.

За себя.

Просто понимаю, что ни к чему хорошему это не приведет.

А мне надо выбраться отсюда.

Выбраться и наказать мужа.

Я не могу оставить всё как есть. Я должна выйти отсюда, причем сделать это как можно скорее, потому что пока я тут — я не знаю, что там может натворить мой дражайший супруг.

Понимаю, что врать этой Вечной ни в коем случае нельзя.

Я знаю такой тип людей.

Они считают себя всемогущими, может, в данной ситуации так и есть. Мне, не разобравшись, точно не стоит лезть в бутылку.

— Вспомнила.

— Или не забывала?

— Или не забывала.

— Ясно… А я тебя сразу узнала, дочка генерала Маресова.

Смотрю на нее внимательно, пытаюсь понять — откуда? Откуда она может меня знать? И если она знает меня — знаю ли я ее? И как это мне поможет?

— Не старайся, вряд ли ты меня вспомнишь. А я вот тебя хорошо помню, и папашу твоего.

«Папашу»… Если так называют отца, значит, явно ничего хорошего не жди.

Но разве я от этой ситуации в принципе жду хорошего.

Надо мобилизовать все силы.

Надо быть готовой ко всему.

— Откуда ты знаешь отца? — решаю на «ты» обратиться. Так мне кажется правильно.

— Давняя история. Мужа моего он когда-то посадил. За дело посадил. Хотя мог бы и отмазать или сделать так, чтобы не такой большой срок. Но не захотел генерал помочь своему верному подчиненному. Что ж…