Книга Убийство в Кьянти, страница 144 – Камилла Тринкьери

— Ты прав. Но он так думал.

Джанни рассмеялся, качая головой.

— Нет, не думал.

— Почему ты так уверен?

Смех оборвался. Джанни несколько секунд пристально смотрел на Нико.

— Потому что это лишено смысла. – Юноша повысил голос. – Она дочь Тильды и Энцо. Однажды она унаследует ресторан, а я буду помогать ей управлять им.

Перилло вмешался:

— Ты знаешь Марию Дорсетти?

Джанни бросил удивленный взгляд на маршала, словно только сейчас вспомнил, что в кабинете есть еще кто-то.

— Нет. – Слово прозвучало как плевок.

— Она одна из подруг твоей матери, с которыми та играет в канасту^[53] по пятницам. – Мать Джанни рассказала об этом Перилло во время его визита на почту, для проверки алиби Джанни.

Юноша провел руками по волосам, его лицо покраснело.

— Я не знаю имен ее подруг.

— Стелла – действительно дочь Тильды и Энцо, – спокойно сказал Нико тем голосом, который всегда помогал ему в трудных разговорах, – но важно другое: Джерарди, будучи миллионером, считал иначе, он умирал и хотел, чтобы Стелла унаследовала бо́льшую часть его состояния. Но сначала ему нужно было о многом поговорить с дочерью. К сожалению, он так и не встретился со Стеллой и не успел оформить завещание, которое оставило бы Стелле больше денег, чем она могла бы мечтать. Его убили, поэтому деньги достанутся его сестре, Марии Дорсетти.

Джанни вскочил, опрокинув стул.

— Нет! – закричал он. – Вы лжете! Вы все лжете! Стелла не имела к нему никакого отношения!

Нико поднял стул и поставил его на место.

— Сядь, Джанни. Крики – это то, что доставило тебе проблемы со Стеллой. Здесь это доставит тебе еще больше неприятностей. Если успокоишься, маршал Перилло докажет тебе, что мы говорим правду.

Перилло передал через стол копию рукописного завещания Джерарди.

— Прочти, – попросил Нико.

Джанни остался стоять. Он читал, беззвучно шевеля губами, по два раза пробегая глазами каждую строчку. Закончив, он повернулся к Нико.

— Теперь я потерял ее навсегда.

— Стелла захочет узнать правду.

— Правда ее не вернет.

Он тяжело опустился на стул и с мрачным выражением лица посмотрел на маршала.

— Что ж, тогда вот как все было.

Когда Нико вернулся в «Сотто иль Фико», в ресторане уже не было посетителей. Он вошел вместе с Энцо, который только что отвез мать домой. Нико позвал Стеллу и Тильду из кухни. Альба уже ушла.

— Пожалуйста, присядьте, – попросил Нико. – У меня печальные известия.

— Кто-то умер? – взволновалась Тильда.

— Нет.

— Слава богу. – Тильда села за угловой столик и жестом пригласила Стеллу сесть рядом. Энцо, повинуясь родительскому инстинкту, устроился с другой стороны от дочери. Желтый свет лампы над столом подчеркивал тени под их глазами.

Нико с тяжелым чувством сел напротив, понимая, что сейчас ранит сердце своей крестницы.

— Ну, что случилось? – спросила Стелла.

— Сегодня вечером в кабинете маршала Перилло Джанни признался в убийстве Роберто Джерарди.

Тильда ахнула. Энцо обнял дочь за плечи. Стелла уставилась на него, широко раскрыв глаза.

— За что? – наконец вымолвила она.

— Он утверждает, что сестра Джерарди предложила ему тысячу евро для начала. А после того как она унаследует деньги, еще сто тысяч.

— Он так и сказал? – спросил Энцо.

— Да. И, насколько я знаю, Марию Дорсетти допрашивают прямо сейчас.