Онлайн книга «Искатель, 2010 № 12»
|
— Я хотел спросить, сказал Антон по-английски. — Позавчера ты был здесь, в зале, в два часа пополудни. Парень смотрел Манну в глаза и дожидался вопроса или указаний, как пес ждет команды хозяина. Не понял ни слова? — Эшер, — повторил Манн, едва заметно кивнув Антону, — ты помнишь, где был позавчера? Не вчера, а два дня назад? — Конечно. — Эшер передернул плечами, отчего голова его будто перекатилась по блюдцу и вернулась на место. — Вас интересует конкретное время? Вы лучше сразу скажите, что хотите узнать, и я попробую помочь. По-английски он говорил легко, не задумываясь и не подбирая слова. Антон едва не рассмеялся — смех получился бы нервным, — Эшер еще раз опроверг впечатление. Нормальный умный парень, не нужно ходить вокруг да около. — Позавчера, — повторил Антон, — в два часа пополудни, здесь, возле третьей — вон той — колонны, стояла девушка... Манну пришлось повторить фразу. — Девушка, — задумался Эшер. — Позавчера? Это когда на площади была ярмарка, благотворительная распродажа рукоделий? — Верно, — подал голос священник. — Начали в десять и торговали часов до четырех. — Нет, — отрезал Эшер. — Никого здесь не было. Я был один. «Ты ждал иного ответа? — подумал Антон. — Конечно, не было. Как не было убийства художника в церкви святого Юлиана, не было выстрела в домике матушки Кузе...» — Девушка... — задумчиво продолжал Эшер, глядя не в глаза Манну, а на носки его туфель. — Невысокая, волосы светлые, ниже плеч, с челкой такой... треугольником. Глаза... серые, кажется. Лицо немного вытянутое, а рот маленький... Немного похожа на молочницу, что на картине Вермеера. Антон поразился точности словесного портрета. — Значит, ты ее все же видел? — спросил Манн. — Откуда ты знаешь, что мы именно об этой девушке говорим? — одновременно задал вопрос Антон. — Действительно, — Манну пришлось повторить вопрос, и от себя он добавил: — Я тебе ее не описывал. Эшер почесал затылок, будто сельский парень, у которого спросили, будет ли он в пятницу танцевать на свадьбе. Он по-прежнему смотрел на носки туфель Манна, Антон не видел его взгляда, да и выражения лица не мог разглядеть, потому что смотрел на Эшера в профиль. Однако работа мысли или чего-то, заменявшего мысль в подсознании этого человека, почему-то ощущалась даже на расстоянии, как напряжение то ли воздуха, то ли физических сил, электромагнитных или иных, отчего начала болеть голова... Нет, подумал Антон, не болеть, а вдавливаться в какую-то физическую среду, будто в пластилин, оставляя в ней отпечаток собственного присутствия. — Вы спросили об этой девушке, — произнес наконец Эшер, справившись с мыслительными проблемами. — Эшер, — подал голос пастор, — практически не покидает пределов церкви, здесь его келья, здесь он проводит все время. В последний раз он выходил зимой, у него разболелся зуб, и я повел парня к дантисту. Эшер выслушал слова пастора, никак на них не отреагировав, но Антону почему-то показалось, что юноша с ними не согласен. — Здесь, — сказал Манн. — Что она делала? — Шла, — не задумываясь, ответил Эшер. — Она шла от двери, оттуда, к алтарю, вот сюда. — А потом? — К ней подошел мужчина, подал руку, и они сели на вторую скамью справа. — Можешь описать мужчину? — Высокий, светлые длинные волосы на пробор, немолод, лет пятьдесят, может, больше, чуть сутулится, лицо широкое, но с мелкими чертами. |