Книга Искатель, 2010 № 12, страница 47 – Сергей Юдин, Александр Юдин, Владимир Лебедев, и др.

Антон и Манн переглянулись. Манн едва заметно кивнул. Ван Барстен?

— Потом я ее больше не видел.

— В церкви были еще люди?

— Конечно. Много.

— Была служба?

— Да. Обедня.

— Если ты помнишь, какой псалом мы читали тогда... — пастор решил внести свою лепту в процесс расследования.

— Сто тридцатый, — уверенно проговорил Эшер. — О кошке, вступающей во врата Рая.

— Гм... — пастор быстро высчитал в уме. — Значит, это было в прошлый понедельник. Или в декабре, но, видимо, такое предположение слишком...

— В прошлый понедельник? — с вопросительной интонацией проговорил Манн, глядя на Эшера и надеясь, что тот подтвердит дату хотя бы кивком. Никакой реакции.

Эшер не сочинял, это было очевидно. Эсти была в церкви четыре дня назад и встречалась здесь с художником.

— Когда они шли по залу на свое место... — начал Манн.

— Это не было их место, — с раздражением заявил Эшер. — Это место фрекен Шараваль, но в тот день фрекен Шараваль не пришла, место осталось свободным, и они его заняли.

— То есть, — уточнил Манн, — ни раньше, ни позже Эсти... эта девушка в церковь не приходила, ведь если бы она пришла опять, ты обратил бы на нее внимание?

Если у Эшера фотографическая память и если он хотел запомнить.

— Не знаю. Тот раз я помню.

— Потом, после службы... ты видел девушку и мужчину?

— Нет, — Эшер дернул головой, отчего она опять, подобно большому шару, перекатилась по плечам. — Я ушел, мне нужно было подготовиться к уборке.

— Спасибо, — сказал Манн и, повернувшись к пастору, повторил: — Спасибо.

Пастор кивнул Эшеру, и парень, повернувшись вокруг оси, будто солдат на плацу, удалился чуть ли не строевым шагом. Скрипнула и хлопнула дверь.

— У вас есть еще вопросы? — сухо спросил пастор. То ли ему не понравилось, как Манн разговаривал с его подопечным, то ли он вдруг куда-то заторопился.

— Нет, преподобный, спасибо вам за помощь, всего хорошего вам и вашей пастве, — Манн говорил, отступая к двери и заставляя отступать Антона, у которого на языке все еще вертелся вопрос, не заданный в самом начале.

На площади перед церковью стояла группа туристов — французы, похоже. Девушка-гид, показывая рукой на колокольню, рассказывала об архитектурном и историческом значении божьего храма.

Манн увлек Антона в тень, где у стены церкви стояла длинная деревянная скамья. Они сели, прислонившись к холодному камню. Детектив молчал, глядя вверх, на причудливой формы облака, будто нарисованные или прилепленные к небу невидимым скотчем — настолько они были неподвижны.

— Странно... — тихо проговорил Антон. — То есть обстановка странная. И этот Эшер. Я помню, что он там был, но... даже как выглядел, вспомнить не могу. Может, если бы с самого начала не сбилось... Странно. Будто уравнение... знаю решение, но именно знаю, как абстракцию... а сам ход решения, как что куда преобразовывалось...

Манн положил ногу на ногу.

— Вспоминаю комнату, — продолжал Антон. — Длинная и довольно узкая, как пенал. Несколько окон по обеим сторонам, но справа они прикрыты занавесками, а слева открыты, и видно что-то, чего я не понимаю: серое, похоже на грозовую тучу... Небо, наверно, скоро дождь? В комнате два дивана, по той стороне, где занавески... журнальный столик... два кресла... на столике стопка журналов... попробую вспомнить...