Онлайн книга «Искатель, 2010 № 11»
|
Когда Гончаков и Аркадий выходили из прокуратуры, Владимир показал на пустые коридоры. — Все было сделано для того, чтобы я отсюда не вышел... Вот им! Они устроились на дребезжащем сиденье троллейбуса. — Аркаша! Пока счет «один — ноль» в нашу пользу. Мы им сегодня хорошего клина всобачили... Мало того, что они меня схапать не смогли, но и сопли я им подтер, как детям малым... Чижов доложил руководству итоги допроса Гончакова и получил нагоняй. Руководство распорядилось запросить в милицейском Управлении все уголовные дела бывшего следователя для их тщательной проверки: вдруг чего найдется? Не мытьем, так катаньем... Забитый по борта папками гончаковских уголовных дел грузовик подъехал к прокуратуре, и пять прокурорских помощников засели за изучение томов, понося и следователя Гончакова, свалившегося им на шею, и коллегу Чижова, затеявшего следствие, и своего шефа, прокурора области, пошедшего у милицейских начальников на поводу. А генерал Папа Резо к уже принятым мерам распорядился кое-что добавить: разослать по всем колониям сотрудников Управления и с пристрастием допросить всех тех, кто когда-то имел дело со следователем Гончаковым: может, у кого тот вымогал?.. Бэхаэсэсников погнали на работу к Владимиру Григорьевичу. 8 — Какие люди! Что же сюда борцов с подпольным наркобизнесом привело? — Гончаков встретил на лестнице медицинского училища оперуполномоченных. — Разных там еще не спросили! — недовольно ответил ему, как отрезал, старшой — оперуполномоченный по особо важным делам Ховля, за которым поднимались подчиненные. — Ты лучше покажи, где тут у вас директор? — А мы без директора, у нас республика ШКИД! — подмигнул Гончаков и свернул в аудиторию. Гости прошли по этажам и, обнаружив в углу коридора директорский кабинет, закрылись в нем с руководителем училища — преклонного возраста бородачом. Потом один из оперов устроился в бухгалтерии, другой зарылся в бумаги в учебном отделе, а сам Ховля в освобожденную для него комнату стал по одному приглашать учащихся. Преподаватели Стас и Виктор подскочили к Гончакову: — Кто это? — Да раздолбаи одни... — Роют, копают! — Руки у Стаса тряслись. — Где ж нам теперь похмелиться? ~ обиженно пробубнил Виктор. — А я чего могу поделать? — произнес Гончаков. — Если очень хотите, ждите конца занятий — и поехали ко мне домой. — Попроси! Попроси их отседова. Деликатно... Они ведь, как я понимаю, твои бывшие... — заканючил Стас. — Попробую, но боюсь, что из этого толку не будет. Гончаков заглянул в комнатенку, надеясь заговорить с Ховлей, но тот только фыркнул, занятый разговором с перепуганным учеником. Громом среди ясного неба пронеслось известие: Виктора и Стаса увезли с собой милиционеры. Их уличили в поборах. Педагогический коллектив закипел, как разворошенный улей, все забегали и теперь испуганно смотрели друг на друга, ожидая следующего набега непрошеных гостей, а директор вызвал к себе Гон-чакова. — Владимир Григорьевич! Умоляю вас, покиньте училище... Они ведь не оставят нас в покое, пока вы тут... Верю, за вами ничего нет, но поймите и меня... Ведь весь учебный процесс парализовало... Я сам не знаю, где буду завтра... Гончаков прищурился на бородача: — Мою трудовую... Он чувствовал себя взъерошенным зверьком, который и на волка бросится и обратит в бегство... Терять ему уже было нечего... |