Онлайн книга «Искатель, 2010 № 09»
|
— Благодарю. Но не стоит, — отозвался Ассур, усаживаясь на визгливый от старости венский стул, — я уже устроился в гостинице «У святого Флориана». — Тоже неплохо, — с готовностью согласился отец Сапролег-ний. — Ее содержит мой кум — Вацлав Бабинский, честный и порядочный человек, ребенка не обсчитает. — Ваше преосвященство... — начал было Ассур, но был тут же прерван. — Ах, оставьте Бога ради! К чему эти церемонии? Называйте меня просто — профессор. Клянусь чревом Господним, это звание мне дороже всех прочих. «Однако! — подумал Ассур. — Хотя, быть может, именно чрево он считает наиболее сакральной частью тела. Тогда это не божба, а славословие». — Отлично. Как вам будет угодно... Итак, профессор, то что целью моего приезда является производство дознания в связи с загадочными явлениями, которые имели место полтора года назад в Седлецкой обители, вам уже известно. Хотелось бы от вас, как главы епархии, узнать обо всем поподробнее. Кто, кстати, настоятель в Седлеце? — Он перед вами, — ответил декан. — Я не только Кутногорский епископ, но еще и аббат Седлецкий. Один из трех настоятелей сей обители. — Один из трех? — не понял Ассур. — Ну конечно. Помимо меня, обителью руководят рабби Иехуда бен Кецеф, он же и старший меламед монастырского ешива, и имам Абу-Джахан, по совместительству — муфтий в Седлецком медресе. — Вот оно что! Боюсь, это только все усложняет. Но ничего не попишешь. Хорошо, перейдем к делу. Расскажите мне, что у вас тут творится. — Творится? Много чего. Вы, когда проходили по городу, часом не заметили ничего необычного? Заметили? Вот-вот! Неладно у нас стало. Ох, неладно! — вздохнул епископ, обдав Ассура густым облаком перегара. — А рассказывать... Что же рассказывать? Небось сами все скоро увидите... Началось все действительно ровно полтора года тому назад, в феврале сорок шестого, когда прежний Седлецкий раввин Беньямин Кацман сподобился лицезреть шестикрылого серафа. Бедняга после этого совсем рехнулся, бегал по улицам почти голый, в разодранных одеждах и вопил, будто Иов на гноище: «Покайтесь, гееномовы выкидыши! Се, грядет Господь во всей силе и славе своей! Ужо заставит Он вас жрать прах, воз-метаемый ветром! Днесь поразит Он вас жезлом железным! Сокрушит, как сосуд горшечника! Покайтесь, недоношенные зародыши первобытной грязи!» Впрочем, о том казусе я направлял в Священную Конгрегацию подробную докладную записку. Вы, должно быть, с ней знакомы. Беда в том, что с той поры явления всяческих потусторонних сил стали практически регулярными. Причем из обоих, так сказать, «лагерей». Всевозможные ангелы и архангелы, особенно же выходцы из всех трех Преисподних буквально заделались местными завсегдатаями и весьма прочно обосновались в наших местах. И вот что скверно: поскольку представители обоих Воинств — как Горнего, так и Адского — принялись активно склонять не одних уже клириков, но и мирян на свою сторону, то город разделился на два лагеря. И лагеря отнюдь не дружественных. Ибо — увы! — нашлись и такие, что поддались на посулы и соблазны нечистого... Да что говорить! Давеча вот только в городской ратуше отмечено явление четырех огненных колес с исполненными очей ободьями, которые до того напугали магистратов, что те выпрыгивали из окон; в пивном погребке Павличека видели будто бы полуденного беса, усыпившего всех посетителей, а в корчме Изи Шайена — плюющегося огнем нечистого духа, назвавшегося князем Арирой Шеольским. Понятное дело, все это горожан нервирует. Общий психоз вылился в повальное увлечение всякой магией-шмагией. Что, согласитесь, и неудивительно! Ибо миряне, не находя помощи у властей светских и духовных, обращаются за ней к всевозможным проходимцам-шарлатанам, которые и рады и расплодились, аки саранча. Бессилие власть предержащих побуждает горожан защищать себя и свои жилища всяческими охранительными оберегами-амулетами и заклятиями. Короче говоря, мы стремительно скатываемся обратно к темным векам... |