Онлайн книга «Искатель, 2010 № 09»
|
По дороге на площадь Палацкого он еще раз попытался осмыслить разговор с епископом и пришел к выводу, что все сказанное тем следует делить надвое. Явные признаки нездоровых пристрастий преосвященного декана бросались в глаза и вполне могли пагубно сказаться на его умственных способностях и душевном равновесии, а равно содействовать развитию болезненных фантазий. Придется все перепроверять самому. Определенные надежды в плане прояснения ситуации он питал на предстоящий визит к мэру и, главное, на сегодняшнее свидание с Алимптой. Последнее, впрочем, оказалось одним из тех самых благих пожеланий, какими мостят дорогу прямиком в пекло, ибо едва он увидел ее стоящей рядом с покосившимся каменным столбом в центре площади, всякие мысли о расследовании тут же напрочь улетучились из его головы. Кабачок «Зеленая Фея» занимал полуподвальное помещение в приземистом строении неясной архитектуры. В обширном зале было довольно шумно и очень дымно. Они сели за свободный столик возле разверстого зева гигантского камина, в котором, несмотря на более чем теплую погоду, ярко пылал антрацит. Мастер, соорудивший некогда из дикого камня этого монстра, явно страдал мегаломанией. Шустрый чернявый кельнер с длинными пейсами и в белой кипе хасида-каббалиста положил перед ними карту вин или меню и растворился в клубах табачного дыма. Ассур посмотрел, но ничего не разобрал и передал пухлую папку Алимпте. За несколькими столами в центре зала резались в железку, двадцать одно и какую-то местную разновидность винта. Оттуда доносились азартные возгласы играющих: — Пять без козырей! — У меня квинт-мажор, любезный! — А у меня одни онеры! — Ваша игра, пан Ванек. Мы пас! — Не угодно ли даму треф? — А мы ее козырем! — Подвинчиваете? — Вистую! — Куда?! У вас же леве, пан Сова! Шесть взяточек-то вы уже набрали... — Позвольте, позвольте! Вы, кажется, давеча мне вальта сам-друг с фоской показывали? При чем же здесь бубны? Это поддержка, по-вашему? — Прикупаю... Эхма! Перебор... — Очко! — Угол! — По банку! Среди понтеров Ассур разглядел трех женщин. Причем одна из них явно была в «интересном положении». Заметив его удивление, Алимпта усмехнулась: — Это пани Глотова. Местная достопримечательность. И беременность ей нипочем, очень уж азартна. Некоторые здешние остряки высказывали опасение, что она как-нибудь прямо за столом разрешится от бремени и младенец при появлении на свет немедленно пропищит: «Карту!» Вновь подбежал пейсатый кельнер, и Алимпта что-то тихо ему заказала. Вскоре на столе появились холодные закуски, рулет из телячьих почек и бутылка вина. Ассур хотел было наполнить бокалы, но Алимпта взяла у него бутылку и сама плеснула себе и ему, но не в бокалы, а в небольшие рюмки, предназначенные для крепких напитков. Судя по изумрудно-зеленому цвету жидкости, это было вовсе не вино. Ассур поднес рюмку к носу и уловил терпкий аромат горькой полыни. Алимпта молча, не чокаясь, единым духом выпила свою рюмку и тут же налила себе вторую; он последовал ее примеру. Спиртное какого-то неведомого ему вкуса обожгло гортань и жарким пламенем вспыхнуло в груди. — Что это? — спросил он. — Абсент, — ответила Алимпта. — Я предпочел бы коньяк. — В это время здесь подают только абсент, — с улыбкой покачала она головой. — Оглянитесь вокруг. |