Книга Бывшие. Сын для чемпиона, страница 83 – Анастасия Градцева

И ухожу в подъезд, захлопнув за собой дверь.

Глава 24.

Вадим

Мы едем на воскресный турнир.

Все втроем.

Полина рядом со мной — Данил сидит сзади, в автокресле. Он еще молчаливее, чем обычно, и в машине царит неуютная тишина.

Я уже собираюсь включить музыку, но тут Полина бодро говорит:

— Здорово, что тебя поставили в ворота, правда, Дань?

Он что-то невнятно отвечает.

— Что?

— Я второй вратарь, мам, — бормочет. — Я на скамейке буду сидеть все игры.

— Это ничего не значит. Всегда есть шанс, что ты выйдешь играть! — настаивает Полина.

Наверное, она думает, что этим его подбодрит, но я вижу в зеркале заднего вида, как напрягается лицо у Данила.

Он боится выходить на матч.

И от слов Полины ему еще страшнее.

Я всё-таки включаю музыку.

— Не надо к нему сейчас лезть, — тихо говорю я Полине.

— Почему? — шепотом возмущается она. — Я хочу его поддержать.

— Лучше потом. Сейчас только хуже делаешь.

— Эксперт, — еле слышно бормочет она, бросает на меня раздраженный взгляд и отворачивается к окну.

На турнире я собираю всех мальчишек, пересчитываю их и вместе с Максом веду их на разминку. Данил все еще бледный и неразговорчивый, но упражнения делает старательно.

Когда заканчиваем разогрев, киваю вратарям на ворота:

— Данил встает в одни, Саша — в другие. Остальные делятся на две группы, и тренируем удары в створ. Поехали.

Данил подтягивает вратарские перчатки, которые на его тонких руках кажутся огромными, и нерешительно идет к воротам. Я слежу за ним, затаив дыхание.

Справляется.

Пацаны бьют сильно, не жалея — многие мячи летят четко в девятку, но Данил хотя бы пытается допрыгнуть.

Неплохо. Макс был прав: потенциал у моего сына есть.

Вывешивают расписание турнира. Мы играем на двух полях, и матчи стоят довольно плотно. Нам играть через десять минут.

Я подхожу к Данилу и присаживаюсь около него на корточки:

— Ты хочешь сегодня выйти на игру? — тихо спрашиваю я.

— Я не знаю, — отчаянно шепчет он.

— Ты боишься?

Короткий кивок. В его голубых глазах, так похожих на Полинины, стоит ужас.

— Давай ты пока посмотришь со стороны, — предлагаю я. — И потом если решишься, выйдешь на пару игр. Согласен?

Снова короткий кивок.

Мне ужасно хочется обнять сына, но я ограничиваюсь осторожным поглаживанием его плеча. Впрочем, Данил и от этого нервно вздрагивает.

Внутри меня словно что-то ломается. Я с трудом сглатываю.

— Все будет хорошо. Ты справишься, и мы отлично сыграем, — глупо говорю я. — Правда, Данил?

— Да, Вадим, — шепчет он, разглядывая свои бутсы.

Сердце сжимается от тоски.

Как нам стать ближе? Как? Данил же не подпускает меня ни на шаг.

Тяжело вздыхаю и иду к Саше — сказать, что он будет в старте.

Первую игру наша команда выигрывает, но это непросто. Соперники приехали сильные, я специально выбирал турнир хорошего уровня, чтобы было интересно и полезно.

Вторую игру проигрываем, третью снова выигрываем и четвертую тоже. Остается последний матч.

Я подхожу к Данилу, потому что уже ясно: сам он ко мне не придет.

— Созрел? — мягко спрашиваю я. — Встанешь в ворота на последнюю игру?

— Не знаю, — шепчет он.

— Саша уже устал, — говорю я, решив пойти другим путем. — Ему нужна замена. Сможешь?

— Ладно.

Саша недовольно смотрит, когда я говорю, что в этот раз он на скамейке, но хотя бы вслух не высказывает. Данил идет в ворота — на их фоне он кажется особенно маленьким.