Книга Бывшие. Сын для чемпиона, страница 95 – Анастасия Градцева

Стало чем дышать.

— Это было страшно, — задумчиво говорит Вадим.

— Я была отвратительной, прости… — бормочу я.

— Нет! Нет, я не это имел в виду. Это было страшно, как гроза. То есть и жутко, и красиво, понимаешь? Когда ты кричала, ты была похожа на молнии и гром.

— А ты был моим громоотводом? — слабо улыбаюсь я, но Вадим не поддерживает моего веселья.

— Это меньшее, что я могу для тебя сделать, — говорит он абсолютно серьезно.

— Ты и так много для меня делаешь.

— Что именно? Оставляю тебя в покое? — невесело усмехается Вадим. — Поверь, это сложнее, чем ты думаешь. Я уже на стену лезу.

— Мне казалось, тебе нормально.

— Мне хреново, Поль. Но я не хочу делать хреново тебе, а ты ясно сказала, что со мной тебе плохо.

— Мне и без тебя плохо, — шепчу я. — Я запуталась. Мне казалось, что я умру, если ты уедешь и снова оставишь меня. Нас.

— Никогда, — твердо говорит он и опять обхватывает мое лицо ладонями. — Слышишь? Никогда.

Сердце замирает где-то в горле.

Я смотрю в глаза Вадима, в которых сияет спокойная уверенная любовь. Такая, которая не закончится завтра. Такая, на которую можно рассчитывать.

— Вадим…

Я вдруг впервые за все это время осознаю, что на нем из одежды только полотенце. А я сижу у него на коленях. Неосознанно ерзаю, чуть двинув бедрами, и ощущаю под полотенцем ответное движение.

У Вадима вспыхивают алым скулы.

— Черт, прости, — виновато выдыхает он. — Физиология. Ты слишком близко, я успокоился, и вот. Я сейчас оденусь и…

Я подаюсь вперед и целую его своими солеными искусанными губами. Мой нос все еще не дышит, и мне ужасно не хватает воздуха, но это лучший поцелуй в моей жизни.

Нежный, внимательный, почти целомудренный, но такой настоящий.

Такой нужный.

— Я тебя люблю, — шепчет Вадим исступлённо, когда я отрываюсь от его губ, чтобы сделать вдох. — Я так сильно перед тобой виноват…

— Тсс. — Я прикладываю палец к его губам. — Не надо.

Мы снова начинаем целоваться, жадно и горячо.

А как иначе?

Подо мной практически обнаженный разгоряченный мужчина. Мужчина, которого я хотела и хочу. Мужчина, которому я родила ребенка и за которого вышла замуж. Да, именно в такой нелогичной последовательности.

Вадим проводит горячим влажным языком по моей шее, а потом прикусывает ее в самом чувствительном месте, и я слабо вскрикиваю.

От возбуждения сводит низ живота, меня снова трясет — но теперь уже от желания.

— Что ты хочешь, Поля? — шепчет Вадим, пробираясь ладонями под мой свитер.

— Тебя. — Я выпрямляюсь, сидя на его коленях. Стараюсь не краснеть от того,что именно в меня сейчас упирается, и твердо заявляю: — Ты должен мне первую брачную ночь.

Карие глаза Вадима вспыхивают жадным темным огнем. Так же они горели, когда смотрели на меня той давней весной.

Все эти годы я ненавидела тот огонь и себя, за то что очертя голову бросилась в него. Считала его источником зла и всего самого ужасного, что случилось в моей жизни.

Но вот мы снова рядом, снова тесно соприкасаемся телами, и его карие глаза опять обжигают меня своим яростным мужским желанием.

Я всхлипываю, тянусь к Вадиму и целую его.Я зажигаю в нем это пламя.

Оно часть жизни, оно сама жизнь.

Именно этот огонь восемь лет назад создал нашего сына.

Именно этот огонь заставляет меня сейчас чувствовать себя любимой и желанной.