Книга Подонки «Запретный пульс», страница 46 – Кейт Блейз

— Правильно, — сказал Джейсон. — Не бей. Береги силы. Они тебе понадобятся.

— Выпусти меня! — закричала она, разбивая следующее зеркало. — Пожалуйста! Я больше не хочу!

— Ты сама пришла, Джесс. Сама надела джинсы. Сама взяла биту. — Голос стал жёстче, металлическим. — Теперь иди до конца.

Она споткнулась о порожек и рухнула на колени. Оружие вылетело из рук, покатилось по бетону, звеня. Джесс поползла за ним, и в этот момент воздух стал другим — густым, сладковатым, тошнотворным.

Запах.

Она знала этот запах. Что-то знакомое, но забытое, от чего желудок сжимается, а к горлу подкатывает ком.

Пахнет смертью.

Она подняла биту, встала. Коридор расширился, превращаясь в большое помещение. Здесь зеркал стало меньше, но свет горел ярче, и она увидела пол.

Тёмные разводы. Следы волочения. Засохшие, потрескавшиеся, они тянулись от стены к стене, и в конце этой дорожки лежало тело.

Джесс замерла. Сердце колотилось где-то в горле, лёгкие отказывались дышать. Она смотрела на мужчину в дешёвом костюме, который лежал лицом вниз, раскинув руки. Вокруг него — лужа тёмной, почти чёрной жидкости.

— Это бутафория, — прошептала она, делая шаг назад. — Это просто реквизит.

— А ты уверена? — Голос Джейсона звучал теперь совсем близко, будто из динамика над головой. — Подойди. Проверь.

Она зажмурилась, тряхнула головой. Открыла глаза. Тело не исчезло.

— Не хочу.

— Я сказал — подойди.

Джесс почувствовала, как ноги сами несут её вперёд. Она не хотела, но тело не слушалось. Она наклонилась, заглянула в лицо мужчины.

Оно было разбито. Кровь запеклась на щеке, на лбу, в волосах. Глаза открыты, мутные, безжизненные. Но главное — горло. Разрезано, почти от уха до уха. Края раны засохли, почернели, и изнутри виднелось что-то влажное, блестящее.

Джесс отшатнулась, её вырвало. Она упала на четвереньки, сотрясаясь в спазмах, и слёзы текли по лицу, смешиваясь с остатками кофе и желчью.

Не игра. Это не игра. Это реально.

— Что ты наделал? — прохрипела она, вытирая рот. — Ты убил его?

— Нет, не я, — голос Джейсона в динамике стал почти задумчивым, с ноткой странного удовлетворения. — Этот человек играет вместе с тобой. И возможно, он не один.

— Отпусти меня! — закричала она, вскочив на ноги. — Я никому не скажу! Клянусь!

— Не скажешь, — согласился он. — Потому что не выйдешь. Или выйдешь, но другим человеком. Который умеет молчать.

Она услышала шаги. Тяжёлые, медленные, они приближались из темноты, из-за ближайшего зеркала. Джесс вскинула биту, завертелась на месте, но никого не увидела. Только тени. Только её собственные отражения, которые, кажется, начали двигаться сами по себе.

— Ты сходишь с ума, Джесс, — сказал Джейсон, и в голосе его появилась жалость — притворная, липкая. — Тебе всё кажется. Там никого нет. Это ты боишься себя.

— Заткнись! — Она разбила зеркало слева от себя. Потом справа. Потом то, что прямо перед лицом.

Осколки сыпались градом, резали руки, лицо, но она не чувствовала боли. Только страх. Только желание уничтожить всё, что её окружает.

— Давай, — подбадривал Джейсон. — Выпусти пар. Это полезно.

Она остановилась, тяжело дыша. Вокруг — обломки, пыль, тишина. И запах. Тот самый, сладковатый, который не выветривался.

Она посмотрела на камеру в углу. Красный огонёк мигал равнодушно.