Книга Не судите ведьму строго, страница 55 – Светлана Калинникова

Разговор с магическим начальником с темы «о погоде, о природе» перешел к его увольнению.

— У меня к тебе предложение, Николай Григорьевич. Не хочешь продолжить профиль своей деятельности в сфере колдовства?

— Это как в «Чародеях», волшебство в сфере услуг?

— Ну, это фильм, сказка, хотя и неплохо продуманная, а я предлагаю реальную работу в близких для тебя условиях. Это инквизиция и должность Главного инквизитора, и хорошая зарплата, по крайней мере, повыше твоей точно. Скажу сразу — придется изучить Магический кодекс, но с учетом твоего опыта, это не займет много времени.

Оболенцев оторопел. В голове его уже сложился план действий: увольнение и работа в службе безопасности. Да он уже в своем воображении летний отпуск отгулял с семьей, и сувенир с моря теще привез. Магнитик, что же еще. А тут из своего болота предлагают перейти в соседнее, да еще и мокроступы придется сменить.

— Денис Александрович, я ухожу со своей службы, где все налажено и привычно: много работы, мало денег и регулярные взыскания, а ты предлагаешь мне приблизительно то же самое, но с «подвывертом» в сторону колдовства. Стоит ли оно того? Да и нашел я себе уже занятие: спокойнее, по-обывательски теплее.

— Служба безопасности? Знаю-знаю. Жена-то, конечно, довольна будет, место, действительно, отличное. Только ты сам без своего болота сможешь? Я тебе не тороплю, пара дней на раздумье у тебя есть. Ты, наверно, думаешь, почему тебе предлагаю? Чтобы узнать о человеке как о профессионале, нужно не только у руководства характеристику запрашивать, но и с подчиненными пообщаться. И никто о тебе как о бестолковом человеке и некомпетентном сотруднике не отозвался. Неидеальный работник, но честный «пахарь». Думай, майор, а я тебе послезавтра позвоню.

Николай Григорьевич прошелся по карманам и не найдя, сигареты, чертыхнулся. Пришлось встать и достать их из куртки. Он открыл форточку и закурил, разглядывая родной полицейский двор. «Буханка» с очередными алкоголиками только что заехала, и вереница дурно пахнущих и неряшливо одетых мужиков потянулась к входной двери. «Наш контингент», — вздохнул Оболенцев. Но с этим маргинальным элементом было привычно, уверенно, с пяти-десяти минут разговора он мог определить, обманывают его или нет. Допросы, протоколы, суды… есть и другая жизнь.

Из любопытства и он нашел в интернете Магический кодекс и почти полчаса, пока в дверь не вошел дознаватель Лухин, он пролистывал его и сравнивал с родным УПК РФ.

Вечером Николай Григорьевич принял решение согласиться. Жена его, вздохнув, сказала, что уж лучше в магию, чем остаться в полиции. «Я так боялась, что ты передумаешь увольняться, что уж лучше инквизиция. Пенсия твоя при тебе останется, зарплата будет. Проживем. Главное, что работы меньше, и я с сыном тебя дома буду видеть по выходным», — сказала она. Проще ли там работа, Вересов не имел понятия, но жене об этом не сказал.

И вот первое дело, как блин, комом.

Когда он только начал расследование, его не удивило, что Антонова Ирина отказалась от дачи показаний, он относился к этому с пониманием. Не хочет говорить сейчас — заговорит потом. Он и Корнеенко пытались убедить ее, что показания могут помочь ей. Для убедительности объяснили, что такое активно способствование раскрытию преступления. Антонова молчала. Защитник поговорил с ее матерью. Но мать оказалась недалекой, и весь ее разговор с дочерью свелся к призыву: «Покайся, грешница». Напоследок мать бросила дочери фразу, что деньги и ненависть не стоят жизни человека. Ирина просто расхохоталась после этого.