Книга Королева Вечности, страница 205 – Л. Дж. Эндрюс

— Сьюэлл.

Опершись одной рукой на мои плечи, он, хромая, добрался до места, где Гэвин, Селин и несколько человек из команды Вечного корабля, должно быть, заслоняли Сьюэлла. Торопясь к Эрику, я едва успела разглядеть раненого.

От вида окровавленной шеи Сьюэлла в животе болезненно заклокотало. Гэвин плотно прижал ткань к коже отца, а Селин крепко держала его ладонь, и только неглубокие вздохи подсказывали, что в сердце мужчины еще теплится жизнь.

Перепачканный с ног до головы кровью, Эрик попятился к Сьюэллу. Гэвин с покрасневшими глазами бесшумно отодвинулся, давая королю пространство. Король Вечности уже потратил неимоверное количество сил, но сколько же еще может понадобиться ради спасения Сьюэлла?

Окровавленная рука Эрика обхватила горло Сьюэлла, однако он, обессиленный и изможденный, на первой же мелодии рухнул на грудь бывшего лорда костей. Тем не менее, закрыв глаза, Эрик не ослаблял хватку и медленно шептал песню.

Не раздалось ни единого звука. Даж поднялся с того места, где сидел, взывая к земле для смертоносного удара Эрика. Он, бледный и обессиленный от навалившейся усталости, прижал меня к себе, как всегда защищая и оберегая словно щит.

— Дотронься до него, радость моя, – прошептал он. – Ему нужно твое прикосновение.

— Оно работает, только когда мы исцеляем земли от Тьмы…

— Твоя мать обладает таким же воздействием на меня, – признался он. – Это дар хьярты. Поверь мне. Просто дотронься до него.

Опустившись рядом с Эриком, я одной рукой коснулась его затылка, а другой – плеча. Он вздрогнул, но не прервал свою хриплую мелодию, и постепенно здоровый румянец окрасил его щеки, а песнь зазвучала с еще большей силой.

Грудь Сьюэлла наполнилась новым глубоким вздохом.

— Боги! – Гэвин неуклюже подполз на коленях.

Штормбрингер, мой отец и костяной лорд подняли Эрика с груди Сьюэлла. Я прижала его к своему телу, помогая ему опереться.

Глаза Сьюэлла распахнулись.

— Даж. – Селин припала к нему, плечи вздрагивали от непрекращающихся всхлипов.

Ее отец заключил свою дочь в крепкие объятия.

— Никакого дождя, Громовая рыба. – В ответ она лишь плотнее уткнулась лицом в его грудь. Мрачный и потрепанный Гэвин отошел в сторону. Он был лордом костей, сиротой, игравшим роль жестокого сына, пытавшегося загладить вину за предательство отца. Несомненно, большинство членов его команды уверовали в эту ложь. Несомненно, все еще существовала опасность, что сторонники Харальда в любой момент ударят в спину и закончат начатое.

Эрик кашлянул.

— Гэвин. С сегодняшнего дня наш мир изменился.

Гэвин моргнул, плотно сжав рот, а через мгновение коротко кивнул и опустился на колени рядом со Сьюэллом. Селин придвинулась к брату, не выпуская шею отца.

Сьюэлл взглянул на сына через ее плечо.

Гэвин улыбнулся и положил руку на предплечье отца.

— Я всегда гордился тем, что являюсь твоим сыном, и хочу, чтобы наш народ знал об этом.

За этим признанием послышалось несколько удивленных шепотков, которые быстро стихли. Прочистив горло, Сьюэлл произнес:

— Те же слова, мальчик. Те же слова.

Дыхание Эрика становилось все тяжелее. Тогда я впервые внимательнее осмотрела его раны: обожженная и разорванная плоть на груди; кровь текла из носа, ушей и живота; волочившаяся нога означала, что кости вновь сломаны.