Книга Когти, клыки и женская логика, страница 80 – Танья МЯУ, Татьяна Гер

На следующий день мы отправились в поход по Карпатам. Тропа вилась среди елей, воздух был таким чистым, что кружилась голова, а вдалеке виднелись вершины гор, укутанные туманом. По дороге встретили местного пастуха, который угостил нас сыром и рассказал легенду о духе леса.

— Он не злой, — пояснил пастух, — но не любит, когда шумят.

— Мы будем тихими, — пообещала Людка. — Только если не увидим что-то очень-очень интересное!

Спустившись с гор, мы заглянули в лавку народных промыслов. Я купила шерстяные носки с орнаментом — «чтобы не замёрзнуть в Трансильвании», а Люда — деревянную шкатулку с резным узором.

— В неё я буду складывать воспоминания, — сказала она. — И билеты с экскурсий.

Потом мы посвятили день Брашову. Бродили по мощёным улочкам, любовались старинными домами и зашли в собор Чёрной церкви — его величественные своды заставили нас на мгновение замолчать.

— Как будто в другой мир попали, — прошептала Людка.

— Да, — кивнула я. — Но пора возвращаться в мир сувениров!

Мы направились в центр города, где ряды лавочек манили яркими вывесками. В первой же лавке Людка нашла шарф с вышивкой — «чтобы было теплее мечтать о новых путешествиях», а я присмотрела кожаный кошелёк с тиснением в виде волков.

— Смотри, — Люда вытащила с полки статуэтку горгульи, — она мне кого-то напоминает…

— Ферда? — догадалась я.

— Именно! — улыбнулась она.

В следующей лавке я нашла вампирский плащ — чёрный, с бархатной подкладкой. Накинула его на плечи и покрутилась перед зеркалом:

— Ну что, теперь я графиня?

— Идеально! — восхитилась подруга.

— А вот и…! — я подняла небольшую статуэтку волка с человеческими глазами.

Продавец, улыбнувшись, упаковал покупки в бумагу с гербом города:

— Пусть эти вещи принесут вам удачу!

— Обязательно! — хором ответили мы.

По возвращении домой мы с Людой решили, что нужно продолжить наши изменения, и начали действовать. Продолжили выбираться в музеи и на всякие выставки, а вскоре субботние походы по галереям стали нашей традицией.

Сначала было неловко: мы топтались у полотен импрессионистов, не зная, что сказать. Стояли перед картиной, переминались с ноги на ногу, бросали взгляды друг на друга — мол, ну что думаешь? — и смущённо улыбались.

— Смотри, — шептала Люда, указывая на картину Моне, — как он передаёт свет! Будто сам стоишь там, у пруда, чувствуешь влажный воздух и слышишь кваканье лягушек.

— А мне вот этот угол нравится, — отвечала я, — видишь, как мазки создают ощущение движения? Словно ветер шевелит листву прямо сейчас.

— Точно! — оживилась Люда. — И цвет такой… воздушный. Как будто не краска, а сам свет написан.

Постепенно мы перестали бояться «не понять» искусство. Научились просто смотреть — и замечать. Однажды на выставке Ван Гога Люда замерла перед «Подсолнухами»:

— Знаешь, что тут самое поразительное? — сказала она тихо. — Он же писал их, когда был совсем один, в Арле. И всё равно наполнил холст такой жаждой жизни…

Я молча кивнула. Постепенно мы начали замечать, как эти уроки этикета проникают в повседневную жизнь. Я вдруг поймала себя на том, что уже автоматически держу спину прямо, даже когда несу из магазина тяжёлые сумки. Перестала размахивать руками при разговоре и научилась делать плавные, сдержанные жесты.

Решили также пройти уроки макияжа. Урок вела бойкая женщина по имени Марджи — с яркими красными волосами. Она учила нас подчёркивать красоту, а не маскировать лицо.