Онлайн книга «Первый сезон»
|
Позорная колесница, в которой он проедет по городу стоя, слишком оскорбительна? Да я сам в отсутствие короля вынужден точно так же объезжать все углы раз в неделю, не считая особых случаев, и приветствовать всех жителей стоя, и ничего, я не жалуюсь! Ах, чуть не забыл… Остановка на каждом углу будет сопровождаться чтением приговора и наказанием… Так ведь символическим!.. Я выбрал минимальное количество: два удара. И, разумеется, речь не идет о том, чтобы объезжать все трущобы. Только главные улицы и ворота! Это всего-то полсотни плетей… за мою жизнь, между прочим! А для изменников… хорошо, пусть… для покушавшихся на короля или его законных наследников, исключений нет, будь они даже королевской крови! И меня после этого обвиняют в жестокости?! Вы боитесь, как бы я не перешел предел унижения? Похвально, что вы заботитесь обо мне, Лем, но я прекрасно понимаю, что можно себе позволить. Мы же не будем укладывать его лицом в землю! А выдержать наказание, стоя прямо, в этом нет ничего унизительного… — Унизительно для дворянина не иметь возможности ответить на оскорбление! Тем более, на удар, тем более, нанесенный публично… — в последний раз попытался урезонить молодого принца советник, но Дику надоел этот базарный торг. Он вмешался, заодно отвлекая внимание Велеслава от старика: — Довольно! Не считаю удар для себя унижением. Слова ранят больнее и обстоятельства важнее, чем действия. Ничто уже не изменит того, что вы нарушили слово и законы гостеприимства при свидетелях, ваше высочество. И что я победил вас в открытом поединке. Это ваше королевское достоинство унижено, и вы вправе отомстить мне за свое падение. Но изменить этого вы не сможете. — Увести! — сердито махнул рукой принц. — Соберите народ на площади! Дик вышел из тронного зала в сопровождении стражников. Лица у них суровые, но то в первую очередь недовольство принцем и тем, что приходится выполнять приказы взбалмошного юнца. Их мысли Дику понятны. Так же как мысли и чувства остальных, и особенно, принца. Велеслав радовался своему хитроумию, тому, что завлек гостя в ловушку и устроит ему хорошую месть за сорванное развлечение на охоте. Но проигрыш в поединке отнюдь не входил в планы принца. Теперь он действительно зол и не чувствует своей полной власти над обманутым гостем, которой надеялся от души насладиться. Дик не доставит обманщику подобное удовольствие. Он старательно думал о том, как сейчас злится принц, чтобы не обращать внимания на собственные чувства. Он не мог понять, страшно ему или нет? Но в груди было холодно. Даже не противно, просто холодно. Он не злился на принца и не презирал его, пока чувствуя жалость к побежденному, зная, что выиграл только что третий бой, вслед за охотой и поединком. Но сейчас снова надо выходить на поле. И теперь без оружия. Сначала Дик чувствовал лишь удивление бессмысленностью изгнания. Ведь принц прав: как, лишив человека того, чего тот не имел, можно надеяться причинить ему душевную боль? Другой боли Дик не боялся. Всё равно это не может быть хуже зубов дракона, которые он снова почувствовал на своей спине и груди, только услышав о палаче. Что до остального… Какой смысл думать об этом заранее, если до столкновения с толпой уже осталась пара минут. Он прекрасно знает, как это, когда все смотрят на тебя и чего-то ждут, но привык быть при этом хозяином положения. Удастся ли ему сохранить лицо и сейчас? Неизвестно. Горожане не видели их поединка с принцем. Они поверят тому, что им скажут. |