Книга Первый пользователь. Книга 17, страница 111 – Артем Сластин

— Максим… — Голос отца звучал растерянно, как никогда раньше. — Я не знал… Я не думал, что так получится…

— Ты тут ни при чём, пап. — Ответил я, глядя на разрастающийся кошмар. — Это не твоя вина. Мы просто не знали, с чем имеем дело.

Отец тяжело вздохнул, уселся прямо на лёд, словно в нашу сторону не нёсся вал тварей и нам не осталось жить около минуты.

— Есть один вариант. Слава предлагал мне пройти одну процедуру, теоретически способную повысить мою силу. Капсулы модификации… Впрочем неважно, не до этого сейчас. И мы все её прошли. Я, твой брат, мать. Результат таков, что чем сильнее пользователь, чем выше его уровень, тем на большее он способен.

Я молчал, страшась прервать отца и не до конца понимая о чём он говорит. Что это ещё за процедура? Что за опыты над людьми? Таблетки Кевина? Так они для совсем новичков. Что за модификация? Это из-за неё брат способен так эффективно использовать топор, не получая сенсорный шок от зашкаливающих характеристик.

Отец тем временем продолжил ошарашивать меня.

— Я только что заработал больше пятисот уровней.

— Погоди… За убитых монстров Системы начислялся опыт?

Он кивнул. А ведь и верно. Ведь Система, какой бы всемогущей не была, не может лично каждый раз высчитывать, кому и сколько опыта положено. Там явно нечто вроде автоматического скрипта, который в зависимости от уровня пользователя и уровня поверженного врага — выдаёт награду, либо в виде очков опыта, либо в виде предметов. Не удивлюсь, если сейчас пол Антарктиды завалено шмотками с монстров. В группу с отцом мы не объединялись, планируя сделать перед походом в портал гильдии, и он прокачался самостоятельно.

Отец тем временем продолжал, методично глядя на приближающуюся волну тварей.

— Ты не задумывался о том, как Слава стал таким сильным?

Я знал ответ и тут же выдал его.

— Он получил награду за квест, умопомрачительное количество уровней и характеристик.

— Верно. И одномоментно применил.

Сложить два плюс два, несложно. Он собирался пойти по его пути? Но какой смысл, если это сделает его уязвимым для Тварей, и он начнёт слабеть так же, как президент?

— Погоди! Это же может быть опасно.

Я крикнул, подался вперёд, но опоздал, потому что отец выронил Сайгу и страшно закричал.

Отец кричал так, что у меня кровь буквально стыла в жилах. Хотя, это был даже не крик — скорее вопль. Неправильный, неестественный. Люди так не кричат, но если бы могли, то именно такие звуки бы и издавал тот, чьё тело разрывается изнутри, а клетки буквально плавятся под напором силы, которую оно не способно вместить.

— Папа!

Я рванул к нему, забыв про тварей, про всё на свете. Отец упал на колени, выгнувшись дугой. Забрало шлема, прозрачное в свете дня, открыло его лицо — оно стремительно наливалось багровым цветом, вены вздулись, словно под кожей завелись змеи. Глаза закатились, оставив только белки, испещрённые лопнувшими капиллярами.

— Что с ним? — Старший лейтенант Ковалёв подскочил было помочь, но я оттолкнул его, не рассчитав силы. Мужик отлетел метра на три, проехался по льду спиной, но, слава богу, остался цел.

— Не подходите! — Заорал я, хотя сам понятия не имел, что делать.

Отец бился в агонии на льду. Защитный костюм, ещё минуту назад идеально облегавший тело, способный выдержать невероятные повреждения, сейчас натянулся до предела, словно грозя лопнуть, не выдерживая распирающей его мощи. Я видел, как под бронёй ходят волны — мышцы росли, сжимались, снова росли, разрывая сами себя.