Книга Четвёртая Ипостась, страница 15 – Алексей Пислегин

Марта, после рождения трёх детей не была уже ни складной, ни узкой. Сейчас – морщилась и тихо пыхтела. Роб схватил её за обвисшую грудь, крепко сжал, вызвав стон боли.

Все мысли занимали горящие синие глаза. Глаза Анны. И ещё – той.

Болир был маленьким городком, его взяли за день, вынеся тараном ворота. Наёмникам, как всегда, дали на разграбление три дня.

Она с криком выскочила из одного из домов, где уже резвились солдаты – растрёпанная, с непокрытой головой. Разметались длинные золотистые волосы, на лице – ужас. Возраст – на пару лет младше него, около шестнадцати.

Роб поймал её за руку, замахнулся мечом. Убивать не хотел, только – оголовьем рукояти успокоить. А она – глянула на него своими огромными синими глазами, и взгляд этот остался с ним навсегда.

Роб всё-таки ударил, она повалилась в грязь с рассечённой бровью.

— Роб, шалаву поймал? – заржали рядом. – Пользуй первым, только нам оставь.

Он взял её прям там, на грязной мостовой. Попытки отбиваться пресёк парой хороших ударов – и она уже не пыталась драться с ним, только губу до крови прокусила и пялилась своими горящими синими глазами.

Рядом хохотали, подбадривали, а Роб… Роб не мог переносить этот взгляд. Внутри – что-то сгорало, что-то клокотало, перекипало и отваливалось навсегда...

— Эй, да ты придушил её!

Он даже не сразу сообразил, что ему говорят, пусть и услышал. Спустил внутрь – и только тогда понял, что глаза её остекленели. Что её тонкую и ещё тёплую шею сжимают с силой его пальцы…

Предплечья вдруг пронзила боль, вырвав из воспоминаний. Марта впилась ногтями в его руки, тихо шипя. Он душил её. Сам не понял, но – душил.

Разжал пальцы.

— Псих! – зло выплюнула жена, завозилась, отстраняясь от него. – С ума сошёл, что-ли? Ты меня чуть не придушил!

Роб в ответ только зарычал, грубо перевернул её на живот и прижал головой к подушке.

— Отпусти, скотина!

На крик она так и не перешла, чтобы не разбудить мелкого. Но в шёпот постаралась вложить всю злость.

— Заткнись! – отозвался он, глядя на крепкую задницу жены. Желание переполняло, пусть и хотел он вовсе не её. Роб снова грубо вошёл, крепко ухватив её за ягодицы, но спустил уже через пару движений.

В яслях заревел Джек.

— Что, доволен? – Марта вывернулась из под него, соскочила с кровати и шагнула к сыну, поправляя на ходу рубашку.

Роб перевернулся на спину, посмотрел в потолок. Сын опять орал, жена опять напевала колыбельную. Внутри было пусто и мерзко.

Столько лет прошло – а те глаза до сих пор не дают покоя.

Как... Как она смела так смотреть на него?!

Как он... А как он – посмел?

Наверное – просто хотелось жить. Или – чувствовать себя живым. После дождя стрел, после боя за стены. После грязи, крови и криков очень хотелось забыть о смерти.

Она должна была вернуть жизнь в его душу.

Она его убила, а он убил её.

Роб резко сел, поднялся на ноги. Осмотрелся в поисках одежды.

— Эй, ты чего? – шепнула Марта. Она всё ещё сердилась.

— Пойду... прогуляюсь.

Роб сам ещё точно не понял, что хочет. Но на месте сидеть уже не мог.

— Ночь же... Колдун!

— Заткнись.

— Точно с ума сошёл, – буркнула жена – уже сама себе под нос, но так, чтобы он услышал. А Робу уже было плевать. Он хотел, чтобы взгляд больше не жёг.

Девку из Болира не вернуть. А вот Анна – она ещё может посмотреть на него по-другому.