Книга Проект: "Возмездие" Книга 8, страница 72 – Игорь Маревский

— Это как — избавиться?

Фи замолчала. Она прекрасно понимала, что для этого существует всего один способ, но несмотря на то, как говорил мальчик и где ему приходилось жить, перед ней всё же стоял пятилетний ребёнок. Сказать ему, что он их поколотит? Поставит в угол? Навешает люлей или прикажет уйти и не возвращаться? А вдруг он ей не поверит, и появившийся шанс выяснить, что такое Ясли, вырвется из её рук?

Ситуация постепенно ускользала из цепких лап Фи, поэтому пришлось брать инициативу на себя. Мы постепенно приближались к двери, и, судя по взгляду Павлика, он требовал ответов.

— Оставь такие вещи взрослым. Я поговорю с вашей Матерью, и мы решим, как будет лучше и для Бродяг, и для Взросляков.

— А для Железяк? Они ребята довольно странные, больные… Им тоже станет лучше? — с откровенным интересом спросил тот.

— И Железяк. Всем будет лучше, но для этого мне нужно, чтобы ты рассказал, как мне поговорить с Матерью. Она ведь как-то с вами общается?

Павлик задумался, плюнул на правую ладонь с индексом, растёр их друг о друга и приложил к считывающему устройству.

— Мать с нами говорит только тогда, когда нам это требуется. Когда Старшой не знает, что делать дальше или Железяки начинают сильно барагозить. Тогда она вмешивается, а так обычно нет. Может, Старшой подскажет тебе, он у нас не зря выше всех сидит, но лучше не стоит, — тут Павлик замолчал и неуверенно добавил. — А насчёт Крысоловов? Почему вы решили, что они нас похищают? Это ведь совсем не так.

Не успел я и вставить слово, как двойные двери открылись, и передо мной распахнулась картина, которую явно не ожидал увидеть. Это был настоящий подземный комплекс, слишком большой для бункера. По размерам его можно было сравнить с целым жилым районом ОлдГейта, погребенным почему-то под землей. Повсюду горели маленькие лампочки, а впереди, в нескольких сотнях метров, находилось небольшое поселение с маленькими домиками и огромной надписью сверху: «Брадяге».

Павлик снова почесал курносый нос, засунул руки в карманы и, пожав плечами, сказал:

— Ладно, пошли, познакомлю тебя со Старшаком, может, он тебе и расскажет, как поговорить с Матерью, только ты это, дяденька, не говори при нём о Крысоловах, хорошо? И главное, не рассказывай, что на нас внизу напали, ага?

Мы с Фи переглянулись и молча кивнули, а затем у меня зародилось такое чувство, будто попал в очередную передрягу. Я изначально представлял себе Ясли немного иначе, особенно увидев выстланный детские костями пол Голодной сети, но почему-то именно оказавшись в этом комплексе, или Материнском поясе, как его называли местные дети, мне показалось, что у Рубежей ещё осталось чем меня удивить.

С этой мыслью я переступил через порог, перехватил сползающий с плеча труп Крысолова и последовал за Павликом, который принялся насвистывать чертовски знакомый мотив какой-то песни, не дававшей мне покоя.

Когда двери расползлись в стороны, и мы с Фи переступили через порог, первое, что ударило в голову — это ощущение, будто я шагнул сразу в две совершенно отличающихся друг от друга эпохи. Они ни в одной из возможных параллельных вселенных никогда не должны были встретиться, а тут не просто сливались, а каким-то невообразимым образом умудрялись гармонировать в одно целое.