Книга Системный Кузнец IV, страница 118 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

[Анализ: Неравномерная толщина стенки справа.]

[Корректировка: Удар под углом 15 градусов.]

Система подсказывала, но и сам теперь видел: здесь металл пошёл туго — значит, нужно бить резче, а здесь — остыл быстрее, надо греть. Голова работала ясно и холодно.

Привычно передал готовый топор дальше по цепочке. Вытер лоб, опёрся о наковальню, чтобы перевести дух и подготовиться к следующему. И вдруг понял, что всё — больше ничего не придёт.

Оглянулся — кузнецы из Первой группы, которые готовили болванки, уже не работали, сидели на ящиках с углём или стояли, привалившись к наковальням, молча вытирая руки грязными тряпками — лица уставшие, но спокойные.

Выходит, закончили нашу часть — вот так просто, без фейерверков и страстных речей — просто сделали это.

Окинул взглядом задымлённый цех — в конце цепи, у бочек, ещё слышалось шипение закаливаемой стали и звон молотков Третьей группы, дотягивающих шипы. А я просто стоял — усталость навалилась свинцовой плитой, придавила к земле.

Ульф присел на корточки и покачивался из стороны в сторону, глядя в пустоту остекленевшим взглядом.

Глянул в сторону выхода — в тени у лестницы неподвижно стоял Йорг Бык, но теперь тот казался не статуей, а просто уставшим человеком — плечи осунулись, поза стала какой-то слабой и потерянной. Даже надзиратели устают смотреть.

Мне не хотелось идти смотреть на топоры, хотелось только одного — упасть на тюфяк и провалиться в сон. И главное — Ульф, парню нужно отдохнуть больше, чем кому-либо, ведь он отпахал две смены подряд.

— Старина… — тихо окликнул его.

Молотобоец дёрнулся, резко вскинул голову и посмотрел снизу вверх мутными глазами.

— Иди-ка ты в казарму, — сказал мягко, но твёрдо. — Когда придёт время ужина, я тебя разбужу или принесу. Отдохни — замучился ты знатно.

Детина сидел молча, уставившись на меня.

— Плохой придёт… — прошелестел жалобно. — Плохой будет злиться, что Ульф ушёл.

— Не будет, — отрезал я.

Кто заметит, что одного молотобойца нет, когда работа сделана? Но рисковать парнем я не мог — решил подойти к Быку и отпросить Ульфа самолично.

— Сейчас. Подожди здесь.

Направился в сторону лестницы, где в полумраке маячила фигура бригадира. Ноги были ватными, словно в них сгрудилась вся тяжесть мира. Отрезанная Огненная Ци больше не грела, и холод камня пробирал до костей.

Дошёл. Йорг перевёл на меня взгляд — белки его глаз блеснули во тьме.

— Слушай, Йорг, — сказал без вызова, но и без прошения. — Давай отпустим моего молотобойца. Паренёк всё сделал, свою часть закрыл — не спал уже двое суток. Думаю, это не проблема, ведь так?

Бригадир нахмурился и сглотнул. Видно, что мужик тоже был на пределе от событий дня. Я вспомнил, как мужик пытался остановить Брандта, когда тот душил Гуннара. Воспоминание кольнуло странным чувством — не благодарностью, но пониманием — мы заложники безумия одного человека. Правда, неизвестно, что у Быка было на уме тогда. За кого мужик больше переживал? За жизнь Гуннара или за то, что Брандт сорвёт смену, и достанется и Йоргу тоже?

— Пусть идёт, — ответил бригадир сухо, голос был уставшим.

Я кивнул. Развернулся, чтобы пойти к Ульфу и обрадовать, когда услышал в спину:

— Неплохо ты всё придумал, малец.

Остановился.

Ещё утром, наверное, возгордился или разозлился бы, услышав похвалу от палача, а сейчас — пустота. Слова упали в колодец души и не вызвали даже всплеска — ни радости, ни раздражения.